Карим не появился ни вечером, ни на следующий день, ни ещё через день. Он будто сквозь землю провалился.
Сначала я злилась. Эта злость была привычной, тёплой, как старая куртка. Потом злость начала таять, оставляя после себя странное, колючее беспокойство. А вдруг с ним правда что-то случилось? Вдруг эти "дела" оказались опаснее, чем он думал? Я ловила себя на том, что прислушиваюсь к каждому шороху в доме, к каждому скрипу лестницы, к каждому далёкому гулу мотора за воротами. И каждый раз, когда звук оказывался просто ветром или старой трубой, внутри что-то опускалось, будто я сама не знала, чего хочу больше — чтобы он вернулся или чтобы не пришлось снова смотреть ему в глаза.
Глава 30. Вот как
Карим.
Захожу на кухню и вижу Мальвинку, которая, как всегда, сидит на подоконнике, жуёт сэндвичи и болтает ногами. В воздухе висит запах поджаренного хлеба и чего-то пряного — кажется, она опять добавила в начинку половину специй из шкафа. На подоконнике крошки, рядом чашка, из которой поднимается пар, а на щеке — маленькое тёмное пятнышко от корицы.
Я замираю в дверях, сам себе не признаваясь, что целую минуту просто стою и смотрю.
- Ты опять устроила пикник на подоконнике? - говорю спокойно, но уголки губ сами ползут вверх.
Мальвинка вздрагивает, сэндвич выпадает из рук, глаза расширяются от удивления.
Тут же соскакивает с подоконника, летит ко мне и начинает колотить маленькими кулачками по моей груди.
- Ты... Ты... Козлина! Где тебя носило?! Думаешь, можешь вот так спокойно пропадать и всё?!? Думаешь, тебе так можно?!? - Сжимаю её в объятиях, заставляя прекратить брыкаться. - Отвечай, бессовестный!
- Я же сказал, что уехал по делам. - Улыбаюсь, целуя её в макушку. Неужто она за меня переживала? - Сейчас мы поедем на мероприятие. В твоей комнате уже ждёт стилист, визажист, и Заир оставил платье, которое ты должна надеть.
- Думаешь, после того, как ты меня бросил, я буду надевать то, что ты просишь? - Рычит.
- У нас договорённость. Так что будешь. - Задираю её подбородок и касаюсь мягких губ, оттягивая зубами нижнюю. - Ты... Ты мне нужна, Лата. Будь со мной, пока можешь.
Она ничего не отвечает и, развернувшись, уходит в свою комнату.
Иду следом, но не в комнату. Останавливаюсь у лестницы, смотрю наверх, где ещё слышно, как она там что-то швыряет, будто пытается сбросить с себя эту злость, как тяжёлую шубу. Пусть швырнёт. Пусть выпустит. Я подожду.
Проходит, наверное, час. И вот наконец шаги на лестнице. Не быстрые, не тяжёлые, а такие, будто она сама для себя решила: "Ладно. Посмотрим, что ты там придумал".