— Хорошо, Азарий. Будем считать, что меня тут не было, и я ничего не видел. Ты со своим дружком голубых кровей живи, как раньше жил. Только гей-парады не устраивай.

— Какие парады? — не понял келарь.

— Потом узнаешь, — отмахнулся я.

Скоро рассвет, город уже просыпался, а мне предстояло искать в нём злополучного Лестока. Если меня хватились… переполох будет на всю округу. Ничего, найду поганца лейб-медика и возьму его за грудки, авось и прощение удастся заполучить, если расследование Ивана окажется бесплодным, и он не найдёт истинного убийцу.

Я покинул монастырские стены и поскакал назад в Марфино. Благополучно преодолел все караулы (видимо, не прошла ещё на меня «ориентировка»), с помощью расспросов отыскал дорогу к дому купчихи Никитиной. Вваливаться нахрапом без поддержки не стоило, я решил осмотреться и только потом действовать.

Привязал кобылку к изгороди хлипкого забора (если упрут средство передвижения — найду вора и зарежу!), перекрестился и юркнул в густые заросли лопухов, которые привели меня к дощатому забору, окружавшему дом купчихи. Там я и решил устроить наблюдательный пункт, опустившись на холодную землю и прильнув глазом к дыре между соседними досками.

С полчаса ничего не происходило, потом началась суматоха, забегали люди. Моё появление оставалось незамеченным. Скоро стало ясно: жилец, поселившийся у Никитиной, намерен съехать. Для него приготовили экипаж.

Я задумался. Что делать: покинуть убежище и попытаться арестовать, причём в гордом одиночестве, без прикрытия и солдатской команды? Я, конечно, наглый тип, но всему есть пределы!

Нужна подмога. В этом городе единственный, к кому я могу обратиться — Иван. Эх! Надо было сначала его найти, потом вместе искать Лестока!

В немом упрёке я стукнул себя по колену и взвился как ужаленный: в порыве мазохизма удалось нащупать чрезвычайно болезненную точку. По ноге пробежала ужасная судорога, словно пропустили ток высокого напряжение. Со мной такое случалось прежде, хорошо, что не во время купания в воде.

После парочки чувствительных щипков, я стал энергично растирать одеревеневшую ногу, помалу приводя её в нормальное состояние, и так увлёкся этим занятием, что не сразу заметил резкие перемены во дворе дома. А там разыгралось сражение и нешуточное. Шесть или семь слуг накинулись на… Ивана! Откуда он здесь взялся⁈ Негоже отсиживаться, когда названный брат в беде!

Мысленно обозвав себя «шляпой», проворонившей всё на свете, я забыл о всякой осторожности и бросился к нему на помощь.

Ивану приходилось плохо, с каждой секундой положение лишь ухудшалось. Когда противник столь превосходит тебя в количестве, бойцовские таланты не спасут, будь ты хоть трижды ниндзя.