— Могу дать вам небольшую подсказку, — все так же снисходительно продолжила преподавательница алхимии. — Очевидно, злоумышленник — это кто-то, имеющий доступ к университетским хранилищам и даже, вероятно, возможность взять оттуда что-то без записи. А еще кто-то, обладающий достаточными знаниями в специфических областях алхимии. Необязательно именно алхимик, просто человек с законченным академическим образованием. В то же время это должен быть человек, у которого есть возможность появиться в корпусе теоретической магии, не вызывая ни у кого вопросов. Все вместе неизбежно указывает на кого-то из сотрудников и даже преподавателей университета.
— И возникает вопрос, отчего декан теоретического факультета кэр Вуйчик столь настойчиво пытался представить все как небрежность или некомпетентность кэри Морриш, — влез мой адвокат.
Я кивнула одновременно ему и своим мыслям, пристально глядя в глаза следователю и с интересом наблюдая, как на его лбу выступают мелкие капельки пота.
— И второй вопрос, — добавила уже я, — отчего вы, кэр следователь, приняли эту версию как несомненную еще до всяких проверок… и почему ваши эксперты не сделали тех же вполне очевидных выводов, что и кэри Сориш? Что это — небрежность… или некомпетентность? — я будто в задумчивости чуть наклонила голову. — А может быть…
Побагровевший следователь резко хлопнул ладонью по столу, одновременно дернув шейный платок у горла.
— Дополнительная экспертиза будет проведена с участием независимых специалистов, — каркнул он, и я снова удовлетворенно кивнула. — Полагаю, после этого мы сможем официально исключить кэри Морриш из числа подозреваемых.
Алхимичка и мой адвокат хмыкнули одновременно. В самом деле — еще бы он сказал что-то другое!
В конце концов, не прозвучавшее, но подразумеваемое предположение, повисшее в воздухе, наверняка придет в голову не только мне. У такого небрежного расследования действительно могут быть только две причины. Или ведущий его следователь стремился избавиться от дела побыстрее — и попросту закрыл глаза на нестыковки. Или закрыть глаза его кто-то убедительно попросил. Едва ли это мог быть кто-то сильный и высокопоставленный, кто мог бы дать ему безусловную защиту — иначе он сейчас так не нервничал бы.
Во всяком случае, замять дело, свалив все на меня, теперь точно не выйдет. А мне и в самом деле любопытно, кому настолько помешала я… или моя работа. Особенно если учесть, что сейчас, в этом времени, это всего лишь диссертационное исследование одной из многочисленных соискательниц ученого звания.