— Шахматы! — я даже запнулась — и сама схватила Ратко за локоть. Впрочем, тут же его отпустила, чуть смутившись. — Кэр Милич, вы действительно нашли! Кэри Марьяна сказала — «Томаш прекрасно играет в шахматы». Это должно быть оно! Стратегический дар, вот как это можно назвать. И это то, что несомненно может быть полезно высокопоставленным военным…
Вот только в последние несколько поколений семья Вежецких не так уж и процветает, говоря откровенно. Похоже, не очень-то и хорошо они просчитывают свои шаги.
Безусловно, дар в потомках первопредка мог значительно ослабнуть — как и у всех старых семей. А может быть, в их семье давно не рождались потомки со сколько-нибудь значимым родовым даром.
И тогда становится понятнее и почему Вежецкий-старший так решительно был настроен на женитьбу на кузине, что готов был на все — очевидно, какой-никакой дар у него все-таки был, и он позволил просчитать, что при соединении двух ветвей семьи удастся усилить родовые способности потомков. Возможно, и мою кандидатуру в жены Мареку так же «просчитали» — как выгодную по каким-то причинам для дальнейшего процветания семьи.
19.3
Белая кобыла была… хм, белой. С первого взгляда — по крайней мере, моего непросвещенного взгляда — она казалась вообще неотличимой от Белого Ветра. Разве что чуть поменьше.
Сам Белый Ветер стоял в соседнем стойле. Впрочем, не столько стоял, сколько приплясывал, взбрыкивал, фыркал и ржал, всячески привлекая внимание своей копытной дамы. Дама стойко игнорировала попытки кавалера и с любопытством тянулась к Ратко, который, конечно, принес для нее мелких яблок.
— Ее зовут Саэра, — с влюбленным видом сообщил Ратко, протягивая белой красавице подношение. Та, вытянув шею, деликатно сняла яблоко с его ладони губами. — Вы только взгляните на нее!
Я, хмыкнув, потянулась к собственной макушке, чтобы опустить на глаза гогглы.
В самом деле… выраженный магический контур, совсем как у Белого Ветра. Я обернулась к жеребцу и изумленно распахнула глаза. Да он практически сияет! Неужели методы Ратко действительно подействовали?
Я тронула юношу за локоть, подбородком указывая на коня. Ратко обернулся, понятливо опуская, в свою очередь, гогглы на глаза. Впрочем, тут же, чуть слышно выругавшись себе под нос, стянул их вовсе с головы.
— Разряжаются быстро, — досадливо пояснил он, прокручивая винтик на дужке очков, чтобы подзарядить их собственной энергией.
Я понимающе кивнула. Гогглы — необходимый инструмент любого мага независимо от направления. Собственно, мага в любой толпе легко отличить по сдвинутым на макушку гогглам — мало кто снимает их надолго. Но качественный артефакт вроде моего стоит недешево, студенты обычно обходятся чем-то попроще. А Ратко… вполне возможно, он и вовсе приобрел что-то нелицензированное в дешевой лавке в Квартале мастеров. Подобные поделки часто ломаются и не особенно долго служат. Я прищурилась. В самом деле, контур артефакта дырявый, неудивительно, что энергия утекает, как сквозь решето.