К своей аудитории шла, нервно оглядываясь — почему-то казалось, что Марек может подстеречь за любым углом, чтобы рассказать, как недопустимо я себя веду.
…На самом деле такую привычку он завел куда позже — и только во второй жизни.
А сейчас, конечно, у него есть дела и поинтереснее. Это теоретические занятия он может прогуливать, но ни за что не пропустит боевку, а она всегда в его расписании во второй половине учебного дня.
Аудиторию тоже оглядывала настороженно, однако на этот раз обошлось без сюрпризов. Слава небу, это не открытая лекция. Первокурсники, насколько можно судить, в том же составе, в каком должны — многие лица я помню, хотя сами эти ребята меня еще не знают. Да и почти все имена стерлись из памяти за двадцать лет второй жизни. У этой группы первой лекции по введению в специальность еще не было — так что будем знакомиться заново.
Кое-кто изумленно вскинул головы, когда я прошла к кафедре — не ожидали настолько молодого преподавателя.
Гомон все не утихал, и перекрикивать его я не стала. Зато, наклонившись, извлекла из-под кафедры и водрузила на столешницу свои наглядные пособия — большие, чтобы с задних рядов было видно, катушки с широкими лентами.
Я никогда не была блистательным преподавателем — мне всегда было сложно находить контакт с аудиторией. Мне куда интереснее было среди своих формул и расчетов. Увы, для получения ученой степени в области теории магии педагогическая практика необходима — и я покорно ее нарабатывала. А дорогие коллеги охотно сбрасывали на меня как младшую самую рутинную или бессмысленную работу — вроде вводных курсов и открытых лекций.
Вдобавок во второй жизни я, пожалуй… вообще отвыкла разговаривать с незнакомыми людьми. Так вышло.
И тем не менее, несмотря ни на что — сейчас я даже испытывала какой-то кураж. Первая открытая лекция и реакция аудитории вдохновили меня. Я изменилась. И в конце концов… кто действительно может рассказать о теории магии лучше того, кто в эту специализацию по-настоящему влюблен?
Мой курс — вводный, большую часть информации, которую я даю, мои студенты давным-давно знают, иначе не поступили бы. Осталось только упорядочить и систематизировать ее. А для этого нет ничего лучше наглядной демонстрации.
Когда-то я сама придумала эту аналогию, отлично запоминающуюся и застревающую в голове. А потом она же и натолкнула меня на идею, в конечном счете перевернувшую все представления о магии.
Гул постепенно стихал — первокурсники разглядывали меня и бобины с лентами.
— Ясного дня, господа студенты! — я улыбнулась всем сразу. — Меня зовут кэри Петреска Морриш, и я буду рассказывать вам об основах теоретической магии. Если вы пришли на этот факультет, значит, хотите не просто пользоваться магией, но понимать, как она работает…