Кажется, на пару секунд я все же потеряла сознание. Потому что отчетливо потом могла вспомнить только эти первые секунды, грохот, что-то, летящее в лицо. И еще руки, схватившие меня и рывком стащившие с подоконника. А потом сразу — почти полная темнота, крохотный огонек над лицом и встревоженный голос Ратко Милича, трясущего меня за плечи:
— Кэри! Кэри Морриш!
Я судорожно вдохнула и тут же закашлялась — воздух оказался наполнен какой-то мелкой пыльной взвесью.
— Я… кх-х… в порядке, — прохрипела наконец, открывая глаза.
Ратко, облегченно выдохнув, тут же чуть отстранился. Впрочем, выдержать приличную дистанцию у него сейчас все равно не было шансов.
Прямо над нами, упираясь в устоявший подоконник, наискосок стояло окно. Сквозь стекло в свете огонька над ладонью Ратко видны были какие-то насыпавшиеся сверху обломки.
Я попробовала пошевелить руками и ногами. Я лежала, скрючившись, под подоконником — а рядом, в такой же неудобной позе, опираясь на локоть одной руки и почти нависая надо мной, согнулся мой лаборант.
Кажется, все цело. Несколько ушибов и саднящий затылок — ерунда при таких обстоятельствах. Будь благословенна типовая лабораторная защита! Покосилась на Ратко. Кажется, он тоже цел, судя по тому, как ерзает, да еще и поддерживает огонек.
Значит, действительно все в порядке.
— Нас отсюда скоро выкопают, — констатировала я то, в чем не сомневалась. — Интересно, насколько пострадал корпус?
— Кэри Морриш! Клянусь, это не я! Я все правильно! Я… вы же не думаете, что это я⁈
Голос студента был таким отчаянным, что захотелось рассмеяться.
Вообще-то… эпицентром, несомненно, была колба, оставленная на нагревательной плите — это я успела точно увидеть. Это она взорвалась — и вызвала магическую волну, с которой уже прореагировали другие ингредиенты, хранящиеся в лаборатории.
Вот только я точно знала, что ингредиенты, запланированные для сегодняшних опытов, попросту не могли дать такой реакции — ни при перегреве, ни при нарушении пропорций… да я вообще не могла представить, что ее могло дать! Должен был получиться магически инертный состав. Инертный! А здесь… такое чувство, будто готовился, наоборот, магический усилитель, в который бросили файербол.
В принципе, самым простым и очевидным было бы предположить, что это именно лаборант сделал что-то не так. Перепутал компоненты, к примеру. Добавил что-то не то, сильно превысил дозировку, неверно смешал, неправильно вплел магическую компоненту…
Действительно очевидно. Особенно когда речь идет о студенте, знаменитом своей способностью устроить светопреставление на ровном месте.