приглашения.

Я приподнялся на локте, и мои губы коснулись её плеча. Сначала просто касание, потом –

лёгкий поцелуй. Она вздохнула глубже, но не обернулась. Моя рука скользнула с её живота

вниз, по нежной внутренней поверхности бедра, и она бессознательно раздвинула ноги, давая

мне доступ.

- Ты думал, я уже всё отдала? – её голос был хриплым шёпотом, почти неразборчивым.

- Я думал, я всё взял, – так же тихо ответил я, целуя её шею чуть ниже уха. – Но, кажется,

ошибся.

Мои пальцы нашли её, тёплую, влажную, невероятно чувствительную после недавнего. Она

ахнула, когда я коснулся её, и её спина выгнулась, прижимаясь ко мне ещё сильнее. Она была

готова снова. Готова мгновенно.

Я не стал медлить, осторожно повернул её на живот. Она не сопротивлялась, лишь глухо

прошептала что-то, когда я приподнял её бёдра, устроив её на коленях. Она была такой

послушной, такой податливой в своей усталости, и это сводило с ума сильнее любой страсти.

Я вошёл в неё сзади, медленно, давая ей привыкнуть, чувствуя каждую её внутреннюю складку,

каждое сокращение. Она застонала, глубоко и сдавленно, и впилась пальцами в матрас. Её спина

была идеальной линией, напряжённой струной, готовой лопнуть.

Я начал двигаться. Не так яростно, как в первый раз, а медленно, глубоко, почти

медитативно. Каждый толчок был точным, выверенным, достигающим самой её сути. Мои руки

лежали на её пояснице, чувствуя, как дрожат её мышцы. Я видел, как на её коже проступают

капельки пота, как разгораются красные следы от моей щетины на её плечах.

Я наклонился вперёд, прижавшись грудью к её спине, и продолжил движение, уже не такой

глубокий, но более частый ритм. Мои губы нашли её ухо.

- Ты чувствуешь? – прошептал я, и моё дыхание сбилось. – Чувствуешь, как это надолго? Как

это навсегда?

Она не ответила. Только издала какой-то горловой, животный звук и откинула голову назад, на

моё плечо. Её глаза были закрыты, ресницы мокрые. Я ловил её губы своими, вкус её был моим

вкусом.

Потом я снова выпрямился, взял её за бёдра и сменил угол. Ритм снова стал жёстче,

требовательнее. Шлёпанье наших тел нарушало тишину заброшенного домика. Она уже не

сдерживала стонов, они рвались из её горла громко, отчаянно, и каждый её крик подстёгивал

меня, заставлял двигаться быстрее, глубже.

Я чувствовал, как она снова приближается. Её тело начало сжиматься вокруг меня судорожными

толчками. Я знал её уже, знал каждую её реакцию.

- Кончай, – выдохнул я, и мои пальцы впились в её плоть. – Я с тобой. Просто отпусти себя.

Её крик, когда её накрыло, был оглушительным. Она затряслась в моих руках, её внутренние