Я потягиваю ромашковый чай, и осматриваюсь поверх края чашки. Маленькая кофейня на окраине Лондона, винтажные обои, старые темные деревянные столы. Уединенное место в переулке, делает его укромным. Из-за окружающих район новых высоких зданий найти эту кофейню трудно, если не знаешь, где она находится.
Лишь несколько пожилых пар разбросаны по залу, потягивая чай и обсуждая внуков.
Я специально выбрала нелюдное место, но эти чертовы глаза не оставляют меня в покое.
Пульсирующая боль в висках напоминает, почему я чувствую, что за мной постоянно наблюдают. Когда я плотно сидела на «Омеге», слежка не ощущалась. Странно, учитывая, что, когда «Омега» текла по моим венам, я была гиперчувствительная к своему окружению. Возможно, я и знала, что за мной следят, но всё это стиралось. Один из побочных эффектов «Омеги» для меня и Призрака, она начисто вычищает наши воспоминания.
Мои пальцы сжимают чашку, я смотрю на янтарную жидкость, втянув голову в плечи. Я даже не помню имен или лиц своих жертв. У меня не должно быть такой привилегии. Я не должна забывать, каково это - быть монстром.
Но опять же, так ли плохо забыть?
Каждый нерв в моем теле зудит от желания принять полную дозу, просто чтобы стереть всё это.
Прошла неделя с тех пор, как Призрак уехал в отпуск.
Целая неделя, в течение которой я наблюдаю за угрюмым, молчаливым присутствием Ястреба и желаю, чтобы я могла стереть и его.
Неважно, что он едва говорит, хоть слово. Одно его присутствие ввергает меня в неисправимый хаос. Один взгляд в его безэмоциональные бирюзовые глаза и я начинаю бежать.
Незнание его намерений заставляет меня нервничать. Я едва понимала его годы назад, но теперь он такой же туманный, как дым от его сигареты.
Черная книга.
Замкнутая загадка.
Не то чтобы у меня было право, снова попытаться до него достучаться.
Я потеряла эту привилегию давным-давно, даже если она всё еще пульсирует под моей кожей с каждым вдохом.
Моя единственная забота, это моя миссия и безопасность девушек в «Le Salon».
Холодный металл упирается мне в бок, прежде чем в воздухе раздается фальшивый акцент:
— Держи руки там, где я их вижу.
Я ставлю чашку на стол и улыбаюсь, глядя на Молли:
— Хватит дурачиться.
— Тебе стоит быть осторожнее, Тумани. Кто-нибудь другой уже убил бы тебя.(Тумани – уменьшительно ласкательное для Туман, так ее зовет только Молли)
— Кто-нибудь другой не подобрался бы так близко.
— Туше. — Она смеется, звук громкий и беззаботный, и бросает рюкзак на стол.
Молли падает на стул напротив меня и пытается укротить свою дикую гриву флуоресцентно-розовых волос. На ней джинсовый комбинезон, колготки в сетку и баскетбольные кроссовки. Ярко-карие глаза подчеркнуты темными тенями. Пирсинг в уголке фиолетовых губ и на кончике носа.