— Почему, черт возьми, нет? — огрызаюсь я.
Он молчит, пронзая меня пугающим, осуждающим взглядом.
Я понижаю голос:
— Ты же знаешь, что бывает потом.
—Бывало . Прошедшее время, — его карающие синие глаза смотрят на меня сверху вниз. — Я слез с этой дряни.
— А я нет. Мне нужно больше времени, — мое разочарование выплескивается громко и отчетливо, прежде чем я беру себя в руки. — У тебя случайно нет с собой? Хотя бы капсулы.
Он качает головой.
Черт. Вот и прощай, моя надежда.
— Если ты планировал привезти меня сюда, не должен ли был подумать о моей чертовой дозе? — мой голос дрожит, как и конечности. Под кожей зуд, ревущий и требующий укола. Нужна всего лишь крошечная доза.
— Нет, потому что ты с нее слезаешь, — его голос холодный, слишком холодный.
— Мне нужно время! — я дергаюсь в путах. Ненавижу то, что мое тело пульсирует от мысли, что он связал меня и теперь я полностью в его власти. Однако тот факт, что он не принес никакой «Омеги», бесит меня до чертиков.
— Ты слезаешь с нее сейчас.
Я замираю, приоткрыв губы, а потом нервно смеюсь:
— Ты шутишь, да?
Он наклоняется, и эти глубокие синие ворота впиваются в мою душу:
— Я когда-нибудь шутил?
— Нет, — я бьюсь, и веревки врезаются в кожу. Энергия иссякает, и скоро я даже не смогу пошевелиться.
Ястреб встает в полный рост, нависая надо мной.
— А я сказал - да.
— Ты не понимаешь, — слезы жалят глаза, но я сглатываю их в пересохшем горле. — Мненужна эта доза.
— О, нет, я понимаю, Бунтарка. Я прекрасно тебя понимаю, на самом деле. Я тот, кто прошел через жесточайшую ломку, помнишь? — его лицо оказывается перед моим за секунду, и я дышу дымом, гвоздикой и его опьяняющим запахом океана. — Ты ведь жульничала с детоксом вместе с остальными, да?
— Н-нет, — я делаю глубокий вдох, чтобы вдохнуть его запах и чтобы напомнить себе, дышать.
— Если ты, правда, хочешь слезть с «Омеги», то ты через это пройдешь.
— Черезэто ? — я дергаю запястьями, повязка на правой руке расползается и пропитывается красным. — Какого черта, по-твоему, ты делаешь? Отпусти меня.
— Это бесполезно, — усмехается он. — Чем больше ты дергаешься, тем больнее тебе будет. У меня большая практика.
Зеленоглазый монстр терзает мою грудь. Неужели он так же связывал других женщин? Я всегда старалась избегать мыслей о том, сколько женщин он трахал после меня, но в последнее время это накрывает меня сильнее, чем хотелось бы. Часть меня хочет перерезать горло любой женщине, которая получила его, пока я не могла.
Мозолистые пальцы запускаются в мои растрепанные волосы, и он заставляет меня поднять голову, чтобы я встретилась с его взглядом. В его обычно темных синих глазах, странный блеск. Словно… ему не все равно. Это сбивает меня с толку до чертиков.