– Все, что угодно.
– Вот как… – качнув головой, задумчиво протянул Альварх, – опасную игру ты затеял. И что стоящего может дать простой смертный в обмен на светоносную кровь?
Дракон с деланым сомнением покосился на него. Но Эдвард молчал, не давая волю нетерпению. Он понимал: это вопрос риторический.
– Впрочем, в голову мне пришла прелюбопытная идея. Готов ли ты играть вслепую или воспользуешься правом отказаться до того, как Игра начата?
– Я согласен заключить сделку, – хмуро подтвердил Эдвард, смутно ощущая какой-то подвох, – на любых условиях.
Он даже не сомневался, что обратной дороги нет. Опасный разговор их зашел слишком далеко. Да и в случае отказа живым из пещеры все равно, похоже, не уйти.
– Мудрое решение, – скупо похвалил Альварх, зажмурив глаза, будто от удовольствия. – Тогда слушай внимательно, прежде следует прояснить кое-что. Главный принцип Игры заключается в том, что обмен обязан быть равноценным. Драконов любят уличать в обмане, нечестности, но нападки эти происходят лишь от неразумности младших рас, которые сами постоянно пытаются провести нас и отдать меньше, чем хотят получить. Так же и ты сегодня пришел обмануть меня. И уже чувствуешь себя победителем, верно? Оттого что заставил дракона согласиться на возмутительные условия. Но, может статься, уже вскоре ты будешь горько оплакивать свою судьбу, которую сам же и призвал.
Эдвард ощутимо напрягся. Происходящее явно выходило из-под контроля и решительно переставало ему нравиться. События развивались не так, как задумано: вовсе не таков был изначальный план. Даже отдаленно.
– В этом нет твоей вины, – голос Альварха звучал вроде бы и не громко, но так повелительно и низко, что заполнял собой весь обширный зал, – не ты первый, кто задумал взять то, что тебе не принадлежит. Увы, по природе своей смертные корыстолюбивы и не могут постичь всю полноту замысла: все в мире должно быть уравновешено. Каждое желание имеет цену. Драконы не должны из-за своей блажи вмешиваться в дела младших рас. Младшие расы, в свою очередь, не должны обладать могуществом драконов. Да, мы создаем стражей, идеальных слуг, которые и навели тебя на блестящую мысль о силе драконьей крови. Но стражи редко выходят за пределы пещер. Они неразумны и не оказывают ровно никакого влияния на мировой баланс. Стражи лишь наши продолжения, которыми драконы управляют, как пальцами рук, даже того меньше. Они не могут самостоятельно распоряжаться силой, что мы им даем.
Дракон сделал выразительную паузу перед следующей важной фразой, давая в полной мере проникнуться происходящим.