Талант мага сродни таланту музыканта. В принципе, любой человек может хранить дома скрипку и время от времени любоваться инструментом, гордясь его историей и стоимостью, и даже демонстрировать друзьям. Некоторые с разной степенью успеха пытаются научиться извлекать всевозможные звуки и даже составлять из них композиции различной сложности и красоты. При должном терпении и постоянной практике отдельные ученики в конце концов становятся профессионалами. Но это все же не вершина. Только единицы способны сочинить или сыграть поистине гениальные, уникальные вещи, повторить которые невозможно. И тут сухой академизм бессилен: разжечь такое пламя может только искра изначального таланта, которая либо есть, либо нет.

Карлу повезло: ему выпал счастливый билет. Но предприимчивому молодому заклинателю этого показалось мало, ведь у всех магов было одно, но очень существенное слабое место: без доступа к камням они превращались в самых обычных людей, полностью теряя свои преимущества.

Карла это не устраивало. Он вознамерился овладеть силой, которая не зависела бы от внешних условий. Силой, которая крылась бы в нем самом.

И, как ни странно, это удалось.

Вообще, чтобы обрести возможности оборотня, нужно родиться оборотнем. Это самый простой и надежный способ, изобретенный самой жизнью. Такие назывались истинными оборотнями. Но особо любопытные и страждущие выяснили, что есть и другие пути заполучить заветную способность к трансформации, быстрым реакциям, нечеловеческой силе и связям с обратным миром.

Одним из них и воспользовался Карл, а именно съел собственноручно вырезанное из груди еще бьющееся сердце оборотня, вошедшего в полную силу. Не очень-то эстетичный обряд, но определенно стоящий.

Карл выбрал представителя самой древней и сильной семьи – оборотней, принимающих обличье волков. Конечно, это была рискованная операция, чреватая самыми разными последствиями: от неконтролируемых обращений до невозможности вновь принять человеческий облик. Этого, к счастью, удалось избежать, однако без побочных эффектов не обошлось. Прежде всего невозвратность преобразования и невозможность оставлять потомство из-за серьезного генетического сбоя. Но на это Карл оказался готов пойти.

– И без тебя знаю, что следов не осталось. – Лорд Эдвард нахмурил светлые брови. – Вижу это и сам. Воспользуйся своей чертовой звериной интуицией. Ты провоцируешь наказывать тебя, когда я этого не хочу.

Карл тяжело покачал головой и сгорбился, как загнанный, угодивший в западню волк, готовый защищаться до последнего. Вот только возможностей больше не осталось. Единственное, что он мог, – попытаться сохранить достоинство во власти бывшего заклятого врага, который превратился в хозяина на долгие годы. Но и само понятие достоинства постепенно растворялось в этой темной одинокой конуре, где его заперли безо всякой возможности бегства.