А прямо на капоте по-хозяйски восседал рыжебородый богатырь с гигантским молотом, покоящимся на коленях. От него веяло такой неукротимой мощью и силой, что казалось, он одним пальцем сможет забить нашу машину в землю по самую крышу.

Но больше всего поразили моих спутников другие «члены команды богов».

— Meine Güte… — прошептала фрау Шмидт, закрыв рот ладошками.

Шульц тоже замер, уставившись на Анхура. Даже его трубка выпала из приоткрывшегося рта. Египетский бог войны с головой льва спокойно смотрел на них золотистыми глазами, и его грива шевелилась от лёгкого ветра. Фрау Шмидт бессознательно схватила меня за рукав подрагивающими пальцами.

Затем она ахнула, и её рука инстинктивно потянулась к брошенному на траву букету, будто ища в нем спасения от этого невероятного зрелища. Её доброе лицо выражало благоговейный, почти детский ужас и восхищение одновременно.

Она не могла подобрать слов, переводя взгляд с благородной головы льва на голову священного ибиса, замершего в созерцательной позе со свитком папируса в руках. Меньше всего вопросов вызывала богиня плодородия, выглядевшая обычной женщиной. Разве что под её босыми ногами трава зеленела ярче и гуще.

Иван стоял, вцепившись пальцами в ремень, его лицо, казалось, ничего не выражало, но глаза выдавали удивление. Он тоже молча переводил взгляд с одного древнего существа на другое, воочию наблюдая живые легенды, о которых слышал лишь в школе на уроках истории.

И над всем этим, делая картину совершенно сюрреалистической, в воздухе кружились, мерцая тысячью разноцветных огоньков, крылатые феи. Их тихий, похожий на перезвон хрустальных колокольчиков смех, был единственным звуком, нарушающим благоговейную тишину.

Королева Маб сделала шаг вперед. Её голос прозвучал ясно и торжественно, обращаясь ко всем нам.

— Ваш путь лежит в мир, охваченный пламенем. Мы даём вам своё благословение. И даём своё слово. Когда час пробьёт, древние силы явятся на поля ваших сражений.

Мы сели в машину. Шульц, всё ещё бледный, резко дёрнул стартер. Я бросил последний взгляд на стоящих у дороги богов. Они были безмолвны и величественны. «Опель» тронулся, оставляя позади волшебный лес и его невероятных хранителей. Впереди была Москва. Только мне еще нужно было открыть туда портал.

Мы сидели в полной тишине, нарушаемой лишь ровным гудением мотора. Шульц крепко сжимал руль, глядя вперед «пустым» взглядом. Ваня нервно постукивал пальцами по дверце. Фрау Шмидт молча и напряженно сжимала в руках свой слегка потрепанный букет, который она забрала с собой.