— Вполне возможно, если попасть правильно. Вот этот угол, — я показал стрелку на третьей пластине. — Лезвие проходит между хитиновыми пластинами и перерезает сухожилие. Мантикора теряет опору и заваливается.

— Кто тебя учил? — спросил он.

— Никто. Я наблюдал за зверями и записывал.

Гордей побагровел. Боковым зрением я приметил, как кровь залила ему шею и поднялась к скулам, и как его пальцы стиснули край стола до белых костяшек.

Наглый подсобник позволил себе влезть в их с бароном диалог. Самоуправство, за которое полагалась взбучка — но не при Корфе. Сейчас Гордей мог только сидеть и смотреть, как его подсобник разговаривает с бароном на равных.

— Интересно, — сказал Корф и положил пластину обратно на стол. Повернулся к Гордею. — Ведь именно этот человек твой «Смотритель», работающий с гривошипом, так?

Гордей видимым усилием разжал челюсть.

— Верно, — процедил он.

— Смотритель, значит, — повторил Корф. — Как тебя зовут?

— Рик.

— Рик. — Корф кивнул клерку, и тот записал что-то в свиток. — Хорошо, Рик. Можешь забирать свои записи. Но подожди меня в коридоре.

Я собрал пластины со стола, сунул в сумку и вышел, не в силах сдержать ликования.

Теперь Корф знал моё имя и видел мои чертежи. Барон не идиот — семечко упало в нужную почву.

Я стоял в коридоре и ждал, пока уляжется пыль от собственной выходки. За закрытой дверью глухо бубнили голоса — Корф, Гордей, клерк и Дарен. Подписывали бумаги, считали деньги, обсуждали перевозку зверя.

Гривошип уходил к Корфу, и вместе с ним уходила часть моего труда — но Корф заплатил Гордею, а тот получил золото, которое закрывало вопрос о моей полезности. Арифметика работала в мою пользу.

Дверь открылась, и свита барона вышла в коридор. Телохранители первыми. За ними клерк со свитком, Дарен, и последним — Корф.

Барон шёл неторопливо, заложив руки за спину. Невысокий сухой силуэт в дорогих доспехах, которые стоили больше, чем все подсобники Ямы зарабатывали за месяц. Гордей вышел следом и встал у двери, провожая гостя. Лицо смотрителя ещё не остыло от багрянца, но он держался.

Свита и Дарен прошли мимо меня.

А вот Корф остановился.

Повернул голову и посмотрел на меня. Серые глаза задержались на моих татуировках Зверолова. Свита прошла вперёд на три шага и замерла, дожидаясь хозяина.

— Рик, — сказал Корф негромко. — Клану Жала всегда не хватает людей, которые видят зверей изнутри. Таких мало, ещё и Звероловов.

Я молчал. Барон продолжил ещё тише, так, чтобы слышали только мы двое и Гордей у двери кабинета:

— Твои метки скоро проснутся. Когда успешно пройдёшь Зов и получишь зверя — ты уж не перепутай ворота, Рик.