Дарен положил на стол карту, развернул её и придавил углы кружками.

— Мне нужен пепельный шакал, — сказал он. — Проблема в том, что я понятия не имею, где его искать.

Ольрик скептически посмотрел на карту.

— Кхм, мне потребуется несколько дней, чтобы узнать об этих тварях. За ними никто не охотился. Мы будем искать иголку в стоге сена.

— Шакалы? — Тарм хлебнул из кружки и вытер рот. — Мусорный зверь. Зачем тебе мусорный зверь, клановый?

— Это мой Зов, — холодно ответил Дарен. — И вам не придётся искать зверя, Ольрик. Вам нужно взять след человека. У него начался Зов, и он точно знает, куда идти. Наша задача — сесть ему на хвост, позволить найти шакала, а затем забрать зверя.

— По закону Зова убивать нельзя, — заметил Шка тем же сиплым голосом. — Но нас это не остановит. Платишь ты неплохо.

— Посмотрим, — ответил Дарен. — Есть нюансы.

Шка чуть наклонил голову — жест, который означал «слушаю».

— Этот бесклановый мне нужен живым. Я хочу сделать его Пустым.

Тарм хмыкнул.

— Мне всё равно нужно будет изучить тропы и кое-что о зверях. Прямо сейчас не выйдем, — отрезал Ольрик.

Дарен кивнул.

— Пустым, значит… — повторил Шка. — Чтобы он навсегда остался без зверя. Личная вендетта, да, клановый?

— Именно так, — кивнул Дарен.

Убить Рика было бы слишком легко. Труп закопают и забудут.

Но Пустой… Ха! Это живой человек, который каждое утро просыпается и знает, что его Зов прошёл впустую, что зверь достался другому, и что второго шанса не будет никогда. Приговор, который исполняется каждый день до конца жизни. Рик ходил бы по Яме и помнил, что когда-то мог стать звероловом. И не стал. Ох, как здорово будет наблюдать за этим. Его чёртова сестра, конечно, поймала зверя духа, но и это можно исправить.

Кроме того, мёртвый Рик создавал проблемы. Барон Корф запомнил его имя, Гордей теперь видит, каких зверей может делать подсобник. Если он погибнет при загадочных обстоятельствах — начнутся вопросы. Смотритель Ямы далеко не дурак.

А Пустой Рик — это просто неудачник, который не справился с Зовом. Никто не будет мстить за пустышку.

Но главное крылось в другом. Мёртвый Рик унесёт свои секреты в могилу. А сломленный, лишённый будущего и надежды «Пустой» — идеальный материал для допроса. Рано или поздно он окажется в подвалах Клана Жала, и тогда Дарен лично выпотрошит из него всё: каждую мысль о нервных узлах, стихийных корнях и этих загадочных «собаках». Знания подсобника станут знаниями клана. Это точно оценит Корф.

— Понял, — сказал Шка. — Живой и без зверя. Дороже обойдётся, чем мёртвый.

— Цена уже обговорена, — ответил Дарен.