— Дарен лез к зверю? — мой голос прозвучал неестественно ровно, но Шип всё понял. — Он менял рацион?

— Работал, как умел. У нас с тобой был договор на два дня, парень, так что не следил. Я свою часть выполнил.

Я шагнул к коридору, который вёл к Гривошипу.

Шип поднялся с ведра и горой вырос на моём пути.

— Не сейчас.

— Мне нужно к зверю!

— Тебе нужно к Гордею! Без его допуска ты нарушитель. Дарен этого и ждёт. Пойдёшь к клетке — он доложит. Оденешь себе на шею сразу две петли.

Я стоял и молчал, ладони невольно сжались в кулаки.

— Завтра, — сказал Шип. — Доложишься Гордею, отработаешь мобилизацию. Через пару дней попросишь допуск обратно.

— Гордею выгоднее, чтобы зверь был в форме к моменту, когда приедет барон Корф. Дарен его в форму не приведёт!

— Мне плевать, — жёстко отрезал Шип. — Что насчёт руки?

Он посмотрел на левый карман, в котором под тканью мелко дрожали пальцы.

— Ты обещал.

— Если меня вздёрнут за дезертирство — никто руку не вылечит. Дай мне время закрепиться. Решить свои вопросы.

Укротитель жевал воздух, потом рывком кивнул.

— Но моё терпение на исходе, парень.

Сел обратно на ведро, сунул в рот новую травинку и закрыл глаза.

Спустя десять минут мы отмылись в общей бочке у кормовой, затем пошли в столовую и наелись каши так, что едва ли передвигались.

Каморка встретила нас так, будто мы не уходили.

Тот же тюфяк, та же ниша. На тюфяке Кары лежало одеяло из буйволовой шерсти. Сирка обнюхала углы и легла у двери, положив морду на передние лапы.

Мы сели на тюфяки. Навалилась усталость. Больше недели без нормального сна, пять без нормальной еды, и тело наконец получило горизонтальную поверхность.

— Что теперь? — деловито спросила Кара. — Рик, не хочу нагнетать, но…

— Завтра идём в наряд, — оборвал я. — Доложим Гордею и отработаем. Не светимся, ничего лишнего.

— Сирку с собой брать?

— Бери. Пусть привыкает к Яме. Мы потренируем её в городе, она же всё-таки ищейка.

— Но я не хочу привлекать внимание.

— Придётся. Ты зверолов со Зверем Духа. Статус неофициальный, но зверь при тебе. Признание нам нужно, Кара. Мы записаны в дезертиры. Может, выгорит через Гордея…

— Гордей. Что нам с ним делать?

— Пока у него эта — мы под прицелом. Я решу этот вопрос.

— Ты так и не отказался от своих замыслов, да? — тихо спросила сестра.

— Никогда.

Она легла и натянула одеяло. Сирка подняла голову, посмотрела на хозяйку и перебралась от двери к тюфяку — свернулась у ног Кары тугим клубком, в котором шесть лап и плоская голова уместились компактно, как в норе.

— Спокойной ночи, Рик.

— Спокойной.

Я заложил руки за голову, глядя в темный каменный потолок. Мозг отказывался спать, выстраивая цепочки задач на завтра.