— Не переживай, — я присел перед ней на корточки. — Не так всё и сложно. Что ты давала ей вчера?

— Как ты и учил, кормила дробными порциями, потом кашу, тоже немного.

— Кашу, — я кивнул. — Ладно. Слушай. Она хищник. Кашей её кормить — всё равно что дрейку собственного жира сварить. Ей нужно сырое мясо. С кровью, хрящами и губчатыми костями. Чистое мясо — это белковый удар, ей нужен кальций для восстановления скелета и стимуляция желудочного сока. Только запомни навсегда: кости давать строго сырые. Варёная или жареная кость расщепляется на острые иглы и просто вспорет ей кишечник.

— И где мне его взять?

— У рубщика. Каждое утро в забойной работают над тушами. Возьми, — я вытащил из тайника последние медяки, оставленные про запас. — Сунь ему монет, не откажется. Попросишь отходы — жилы, хрящи, куски с костью. Для них это мусор, никто не откажет. Мы теперь дезертиры — думаю, мой статус «Смотрителя» теперь ничего не значит. Корми Сирку два раза в день — утром побольше, вечером поменьше. Куска четыре размером с твой кулак за раз, для начала. Она худая, аж рёбра проступают, но перекармливать нельзя.

Кара сосредоточенно кивала, неосознанно поглаживая своего Зверя Духа по холке — Сирка блаженно прикрыла глаза, но всё равно следила за мной.

— Всё? — сказала девушка.

— Нет, — я покачал головой. — Дальше вода. Давай свежую! Тут за этим особо не следят, а ты будешь менять её три раза в день. Пить она будет немного — больше влаги получит из мяса. Но чистая вода должна стоять рядом всегда.

Я присел рядом с Сиркой. Та скосила на меня янтарный глаз, но не дёрнулась — Кара держала руку на холке.

Потянулся к Анализу.

Пульс: 66.

Частота дыхания: 16.

Температура: 37.9.

Мышечный тонус по группам: задние лапы — 55%. Средние — 58%. Передние — 62%. Длинные разгибатели спины — 60%. Косые брюшные — 48%.

Истощённый зверь. Температура ниже нормы на полградуса — тело экономило энергию.

— Она слабая, Кара, — сказал я. — По ней видно — задние лапы тонкие, рёбра торчат, шерсть тусклая. Если она сейчас побежит на полной скорости — лапы не выдержат. Мышцы после голодовки рвутся от резкой нагрузки, как старая верёвка.

— И что делать? — С волнением в голосе спросила сестра.

— Начни с прогулок. Пятнадцать минут по ровному коридору, шагом, рядом с тобой. Именно шагом. Через три дня добавишь короткие ускорения — метров десять-пятнадцать, рысцой. Через неделю, если мясо пойдёт и лапы окрепнут — можно уже бег. Тело само начнёт набирать, как только получит пищу и движение. Но первую неделю — никаких рывков.

Кара взглянула на Сирку, которая лежала с полуприкрытыми глазами и ровно дышала.