Нас обокрали почти две недели назад — любопытно, что мой тайник грабитель не нашёл. Я обнаружил пустой стол, сдвинутую чернильницу и обломок в нише, поставленный не той стороной. Кто-то зашёл, забрал всё и ушёл. Замок на двери — пустая формальность, доска на одной петле, которую вскроет любой, кто умеет держать в руках плоский обрезок. Злость была, но короткая. Все записи можно восстановить — цифры сидели в голове, а бестиарий я помнил наизусть. Бесило другое: пропала динамика. Я потерял точные графики пульса Гривошипа.

Уже всё восстановил. Всё, что мог. Кто украл и зачем — вот в чём вопрос. Нужны мои данные о зверях? Или кто-то интересуется болезнью, которую я заметил?

Дверь хлопнула о косяк, и в каморку влетела Кара.

Дышала быстро, робу на груди потемнела от пота, и двигалась рывками — так она выглядела, когда внутри бурлило что-то, чего нельзя терпеть.

Сирка протиснулась следом, прижала уши и встала у ноги хозяйки. Гончая считывала адреналин Кары и напряглась от макушки до хвоста.

— Рик. Бросай нож! Слушай.

Я послушался. На её лице читалась чуть ли не катастрофа — что-то срочное.

— Прямо сейчас, у западных балок, стража оформляет партию беспризорников в работный дом. Я проходила мимо с Сиркой, увидела. Человек двадцать, мелочь с улицы, но не все. И один мальчишка, лет тринадцати. Он отдельно стоял и держался стойко, даже не скулил. А на руках, знаешь что? Знаки Зверолова!

Я выпрямился.

— Это как?

— А вот так! Песок, Рик. Это тот самый выживший пацан из Клана Песка!

Чёрт! Так, секунду. Когда-то стихийные каналы парня станут активны. Зов ещё не пришёл.

— Как его зовут?

— Нойс. Спросила у стражника. Нойс из Песка, прямой наследник — сын второго заместителя командира, который погиб там, снаружи. Пацана нашли одного, в развалинах казармы клана. Стража подобрала и кинула к беспризорникам.

— И никто не пришёл за ним? — с недоумением спросил я.

— А должны? — Кара села на свою лежанку и вытерла лоб рукавом. — Клана нет, Рик. Совсем нет! Все погибли. Те, кто выжил, разбежались или прибились к другим кланам — так бывает. Земли отданы Совету, звери мертвы или перераспределены, казну утащили. Клан Песка больше не существует.

— Да как так может быть? А права? Если он наследник…

— Рик! – воскликнула Кара. — Ты в каком мире живёшь? В городе Хвостов всё не так.

— Ладно, — я выдохнул. — А пацан что?

— А пацан — никто. На Юге несовершеннолетний наследник мёртвого клана прав не имеет. Имя без клана ничего не значит. Он такой же бесклановый, как мы с тобой. Через неделю его отправят в работный дом, и через полгода от него останется пустая шкура.