— Да не хмурься ты так, парень. Вести, судя по лицу посыльного, добрые. Он, когда конверт передавал, аж светился весь, будто сам жениться собрался. Ну, или родня у него женится. Что-то в этом роде.

Я развернул письмо тут же, не отходя от верстака. Почерк отца — размашистый, немного корявый, с характерным наклоном вправо и петлями на строчных буквах, которые мама всегда ругала за неразборчивость. Но я-то его узнаю из тысячи.

'Здравствуй, сынок!

Пишу тебе с радостной вестью, которую мы с матерью долго ждали и уже почти потеряли надежду, но, видно, боги услышали наши молитвы. А может, и не боги вовсе, а те самые колечки, что ты нам прислал, — кто ж теперь разберёт? Мать твоя, Анастасия, на сносях. Повитуха говорит, всё хорошо, срок — к весне, ближе к апрелю-маю. Так что готовься, Яр, станешь старшим братом!'

Дальше шли подробности: как мама переносит беременность (хорошо, но много спит и стала сентиментальной до слёз по любому поводу), как деревенские реагируют (по-разному, но в основном радостно). Но я уже не читал, а скорее жадно впитывал каждое слово, перескакивая со строчки на строчку и возвращаясь к началу.

Я буду братом.

Эта мысль пульсировала в голове, вытесняя всё остальное: и заботы о кузне, и предстоящий фестиваль, и даже тревогу о деньгах, которые таяли на моих изысканиях каждый день. Я буду братом! Не просто званым братом для Ани, которую я принял как родную и которую родители полюбили, как дочь, а настоящим, кровным старшим братом для нового человечка, который появится в нашей семье.

Я перечитал письмо ещё дважды, уже спокойнее, вглядываясь в детали. Отец писал, что снег в наших краях выпал рано, ещё в конце октября, и теперь дороги завалило так, что до весны ни проехать, ни пройти. Именно поэтому они не могли прислать письмо раньше, но повезло с одним из местных охотников, который собирался в столицу в сопровождении ещё двух деревенских ребят по каким-то своим делам и согласился захватить весточку.

— Ну что, хорошие вести? — спросил Василий, который всё это время терпеливо ждал, прислонившись к дверному косяку и рассматривая разложенные на верстаке заготовки.

— Мама беременна, — ответил я, и голос прозвучал как-то глупо, по-детски, но мне было всё равно. — У меня будет брат. Или сестра. Пока неизвестно, но будет!

Василий расплылся в улыбке, отчего его окладистая рыжеватая борода заколыхалась.

— Поздравляю, парень! Это ж какое-дело-то! Ну, теперь понятно, чего тот охотник такой довольный был — видать, не каждый день такие новости развозишь. — Он хитро прищурился. — Надеюсь, ты не забудешь старого купца, когда будешь заказывать подарки для младшего братика или сестрички?