Однако там, снаружи, их уже ждали.

Как только они вылетели из кузни, словно пробки из бутылки, их встретила стена. Нет, не каменная, а живая. Огромная, необъятная фигура полуорка заслонила собой звёздное небо. Ург стоял, чуть сгорбившись в своей излюбленной манере, выставив вперёд обитый щит. При виде выбегающих, его маленькие, глубоко посаженные глазки вспыхнули огнём битвы. Он не стал ничего говорить, не стал тратить время на предупреждения. Вместо этого Ург Варг сделал один короткий, но невероятно мощный шаг вперёд и набросился всей своей чудовищной массой на бегущего Грима. Это был даже не удар щитом, это был настоящий таран. Грим, чей взгляд всё ещё был затуманен паникой, даже не успел среагировать. Он лишь успел вскинуть руки в инстинктивном, но совершенно бесполезном защитном жесте, когда щит полуорка врезался в него. Ург услышал, как воздух с хрипом вырвался из лёгких мужчины. Звук удара был страшен: глухой, смазанный шлепок, смешанный с хрустом ломающихся костей. Тело Грима, словно тряпичная кукла, отлетело назад и с отвратительным, мокрым стуком впечаталось в каменную стену кузни. С его губ сорвался не то всхлип, не то стон, после чего он медленно, очень медленно сполз по стене вниз и затих, обмякнув бесформенной кучей. Он потерял сознание ещё до того, как коснулся земли.

Лира, которая бежала второй, в последний момент успела среагировать на возникшее перед ней препятствие. Её инстинкты, отточенные годами разбоя, сработали быстрее разума. Рядом с щитоносным верзилой, словно живая молния, возник тень: синекожий ящер с копьём. Он сделал выпад копьём, целясь точно в живот разбойницы. Но девушка, проявив чудеса ловкости, извернулась всем телом, словно кошка. Наконечник копья лишь скользнул по её кожаному доспеху, вырвав клок кожи и оставив неглубокую царапину на рёбрах, но не причинив серьёзного вреда. Она, не теряя темпа, оттолкнулась от земли и рванула в сторону, к спасительной темноте леса, который чернел на границе владений хутора. Её фигура, быстрая и стремительная, начала удаляться.

Но уйти ей было не суждено.

У нас есть ещё один козырь. Аня — моя охотница, мой снайпер, затаившаяся у дома. Её было абсолютно не видно благодаря перстню на скрытность с черным адуларием бездны, но она прекрасно видела, благодаря тем же перстнями и заколкам. И когда Лира была уже в двадцати, может быть, даже десяти шагах от первых деревьев, когда она уже, наверное, почувствовала вкус спасения, раздался этот звук. Короткий, резкий свист рассекаемого воздуха, а затем — влажный, тошнотворный хруст. Стрела Ани с бронзовым наконечником, пущенная с невероятной точностью, вонзилась ей прямо в ногу сзади, чуть выше щиколотки, в то самое место, где находится малоберцовая кость. Я знал эту точку. Я знал, какой урон она наносит из книг Библиотеки Висячих Садов. Наконечник стрелы, скорее всего, узкий бронебойный «шип», пробил тонкий кожаный сапог, раздробил кость и застрял в ней, разрывая связки и сухожилия. Нога Лиры подкосилась, словно сломалась в суставе, и она, издав короткий, сдавленный крик боли, рухнула на землю. Её тело, ещё секунду назад полное грации и скорости, покатилось по траве, оставляя за собой тёмный след крови. Она попыталась встать, опереться на руки, но сломанная нога не слушалась, причиняя адскую боль.