– Звучит заманчиво, – кивнула я. – Каковы ваши условия?

– Процент с оборота. – Он назвал цифру. – Это покрывает мои расходы на логистику и риски. Плюс – преимущественное право на выкуп партий, которые вы захотите продать оптом. Не монополия, заметьте, а преимущественное право. Вы сможете работать и с другими купцами, но я буду первым, кому вы предложите товар.

Я задумалась. Процент был чуть выше, чем я рассчитывала, но в пределах разумного. Преимущественное право – стандартная практика для крупных партнёров.

– Процент можно обсуждать, – сказала я осторожно. – Я предлагаю на полпроцента меньше, но с гарантией, что первые полгода мы работаем только с вами. Эксклюзивный тестовый период. Если ваши каналы сработают – оставляем процент, как вы сказали. Если нет – пересматриваем.

Граф приподнял бровь, и в его глазах мелькнуло уважение.

– Вы торгуетесь как заправский купец, госпожа Карантар. – Он усмехнулся. – Пожалуй, я соглашусь. Эксклюзив на полгода – разумно, чтобы проверить друг друга. Идёт.

Я кивнула Дирку, и тот быстро записал основные пункты.

– Теперь по товарам, – продолжил граф. – Зерно и керамика – это понятно. Но ваши ткани… – он указал на образцы, – это не просто деревенское сукно. У вас есть хорошие мастера.

– Есть, – подтвердила я. – И есть планы расширяться. Если спрос будет, через год смогу предлагать втрое больше.

– Отлично. Я знаю в столице несколько семей, которые с руками оторвут такое качество. Особенно если вы сможете делать заказы по индивидуальным меркам.

– Моя экономка как раз занимается этим направлением. Если ваши клиенты заинтересуются, они могут приезжать или присылать выкройки.

Мы обсудили ещё детали: сроки поставок, объёмы первых партий, порядок расчётов. Граф оказался дотошным, но справедливым – он не пытался давить или хитрить, просто методично выстраивал схему, выгодную обеим сторонам.

Через час все основные вопросы были согласованы. Дирк составил черновик договора, мы сверили цифры, и я поставила подпись. Граф сделал то же самое, и документ обрёл силу.

– Приятно иметь дело с человеком, который знает, чего хочет, – сказал он, убирая свой экземпляр во внутренний карман камзола. – Я пришлю своего управляющего через две недели, он заберёт первую партию и проследит за погрузкой.

– Буду ждать.

Мы выпили по глотку вина – уже не для дела, а для закрепления договорённости. Граф откинулся на спинку кресла и вдруг спросил:

– Скажите, Ариадна, вы всегда были такой… расчётливой? Простите за личный вопрос, но мне интересно.

Я позволила себе лёгкую улыбку.

– Я просто люблю, чтобы всё работало. Хаос и неопределённость – плохие помощники в хозяйстве.