— Что такое непруха, — пробормотал я, — и с чем её едят.

Наконец, мой рюкзак выполз откуда-то из недр технических помещений аэропорта. Со следами какой-то пыли на боку он появился, как последний солдат отступающей армии, будто пустился в длинное самовольное путешествие по Пулково и сейчас возвращался ко мне, к своему хозяину.

Я схватил его с ленты, испытывая странное раздражение к ни в чём не повинному неодушевлённому предмету.

…

Стеклянные двери разъехались, выпуская нас в объятия поздней балтийской зимы — влажной и холодной. В воздухе Петербурга чувствовалась та особая балтийская сырость, которая намекала: стоит природе лишь захотеть — и нас либо накроет трескучим морозом, либо осыплет мокрым снегопадом. Небо было низким, серым и совершенно неподвижным. Облака никуда не плыли, они висели над городом, как тяжёлое ватное одеяло.

Из толпы вынырнул полицейский патруль в новенькой форме с блестящими нагрудными жетонами. Но даже их свежий вид не мог скрыть того, что эти люди уже давно не отдыхали по-настоящему.

— Лейтенант Убейбатько, ваши документы, — обратился ко мне один из «бойцов» патруля, вяло откозыряв к плотно нахлобученной по случаю погоды полицейской шапке. Голос у него был ровный, служебный, лишённый всякой интонации.

Я достал паспорт, протянул, стараясь не выдать раздражения. Пальцы полицейского листали страницы, глаза скользили по строчкам, поднимая взгляд на меня, задерживаясь на лице, рождая ненужное сомнение в работе Берендея.

Тем временем Василиса, удостоверившись, что документы проверяют лишь у меня — а значит, к ней вопросов не возникнет, — отошла к остеклённому павильону с надписью: «Проездные билеты».

В киоске, за широким панорамным стеклом, сидела девушка с округлыми щеками и мягкими чертами лица. Выражение у неё было спокойное, даже немного сонное. Она как раз зевала, прикрывая рот ладонью, когда Василиса подошла и обратилась к ней с вопросом:

— У вас можно купить и пополнить «Подорожник»?

Я переключил внимание на патруль. Они технично обступили меня с трёх сторон, и я уже решил, что сейчас меня по какой-то неведомой причине задержат, ожидал вопросов вроде: «С какой целью прибыли в Северную столицу?» или попросят открыть рюкзак. Однако Убейбатько плавным движением вернул мне паспорт и сказал:

— Счастливого пути.

Я неискренне улыбнулся в ответ.

Когда патруль отошёл, ко мне вернулась Василиса с двумя ярко-зелёными пластикатовыми карточками, одну из которых сунула мне в нагрудный карман.

— Пошли? Нам на автобус до метро.

— Ты как сотрудник полиции… Можешь мне сказать, чего они ко мне прицепились? — хмуро спросил я.