— А как можно быть двоедушником и не знать этого? — с лёгким возмущением спросил я.
— Как видишь, можно. Это единственное объяснение, почему проверка не показала его природу. Он в тот момент и не был двоедушником. Похоже, стал им совсем недавно.
— О, как… Ладно, допустим. Но ты уверена, что он точно двоедушник?
Василиса утвердительно кивнула.
— Значит, надо его выдёргивать с объекта, — констатировал я. — Отвезём куда-нибудь, где можно спокойно поговорить, без лишних глаз и ушей.
— Опять будешь свои фокусы крутить? — она скептически приподняла бровь. — Дешёвые спецэффекты для неофитов?
— А как ещё, по-твоему, пробивать его картину мира? — резонно возразил я. — Тонко намекнуть? Подойти и сказать: «Слышь, парень, тут такое дело, двоедушники — это не бабкины сказки, и ты, кстати, один из нас»? Да он нам «Скорую» психиатрическую вызовет и будет прав. Тут нужно чудо. Маленькое, бытовое, но чудо.
Василиса тяжело вздохнула.
— Ладно, — смирилась она. — Тогда предлагаю подойти к его бригадиру. Сделаем лица кирпичом и скажем, что в посёлке кража была, а наш мальчик — возможный свидетель. И мы его торжественно изымаем для проведения оперативно-следственных мероприятий.
— Звучит достаточно бюрократично — с одобрительной улыбкой согласился я. — Пошли.
Глава 14 Стадии принятия
— Вы уверены, друзи, что Милош что-то видеть? — нахмурился бригадир.
— Нет. В этом суть оперативно-розыскных мероприятий. Мы отвезём его на место и расспросим. Но я вам официально заявляю, что он ни в чём не обвиняется и не виноват. Но его помощь крайне важна.
— Па ладно, — сразу же отреагировал бригадир, как только услышал, что его соотечественнику и подчинённому ничего не угрожает. — Али знаете шта, мы бригадой как семья, мы друг за друга горой. Я готов закрыть глаза на его отсутствие, лишь бы не было проблем. И вот ещё что, у нас, у всех визы в полном порядке, дважды проверил, лично.
Мы забрали ничего не понимающего Милоша с завода, но привезли не в опорник, как он, должно быть, предполагал, а ко мне домой.
— Заходи, чувствуй себя как дома, — я первым вошёл в дом, заодно прислушавшись, понял, что Кузьма увлечённо играет в приставку в подвале, а Руслана, как и положено — нет, он на работе. Осознав это, я почувствовал себя почти что родителем условно-взрослого ребёнка. Такого, который уже ходит на работу, но ещё не съехал из-под родительского крыла.
Василиса усадила Милоша за стол, села рядом, жестом предложила мне начинать.
Перво-наперво я щёлкнул чайником, чтобы заварить чай и уставился на гостя. Серб смотрел на меня с вежливым ожиданием.