Мы ощущали, как под его загрубевшими пальцами земля становилась живой и податливой, как она принимала тонкие корешки с благодарностью. Он что-то бормотал, и сила, древняя, как сами леса, перетекала из него в деревца. На моих глазах тонкий прутик яблони выпрямился, окреп, его кора потемнела, а ветви раскинулись так, словно прошли не минуты, а пару лет. Дядя Миша занимался терраформированием в миниатюре.
— За делом застали, — прохрипела Ядвига, вонзая топор в колоду. Она вытерла пот и протянула нам руку для рукопожатия. — Ну проходите, гости дорогие.
Поздоровавшись с нами, она собрала в ровную кучку поленья, которые только что нарубила сама.
Я заметил, что у «зоны разделки» лежали только мёртвые, высохшие деревья. Выходит, что Ведьма и Леший не трогали живое без нужды.
— Мы, собственно, чего пришли, Ядвига Дорофеевна, — начала разговор Василиса. — У нас в Колдухине два случая. Падёж скота. Внезапный.
Ядвига на пару секунд зависла, потом удивлённо посмотрела на Василису.
— И вы решили, голубчики мои, что это бабушка Ядвига их того… уморила?
— Мы понимаем, что Вы в Колдухине давно не были, — продолжила Василиса, не смутившись встречным вопросом. — Но их владелицы, Антонина Михайловна и Нина Васильевна, они с Вами пересекались. На ярмарке в Лабинске. И, как нам сообщили, у вас случилась… скажем так… перепалка.
Ведьма хмыкнула.
— Палка-перепалка. Ну, было дело, поставила на место двух клуш. Однако вы меня неверно оцениваете. Я женщина не злопамятная. Плюнула на спину и забыла. Но вы почему-то вообразили, что я их прокляла? Обижаете, граждане начальники.
— Ядвига Дорофеевна, — вмешался я, стараясь звучать примирительно, — мы просто обязаны Вас опросить. Проверить версию.
Она перевела взгляд на меня:
— А ты чего извиняешься, Вадим? Не нужно. Ты либо дерзи, раз начал и бей в лоб, либо вообще молчи. А то ни рыба ни мясо. Согласен со мной?
— Ну раз так, — не стал спорить я. — Вы под подозрением, потому что это, скажем так, Ваш классовый навык. Может, само получилось. Ненароком? Или они вас разозлили?
— Я себя давно знаю, милок. И силы свои контролирую. В потраве моей вины нет. Клянусь матерью-землей, живой и мёртвой, — она на мгновение приложила ладонь к груди, — что ни осознанно, ни неосознанно не желала зла ни тем женщинам, ни тем более безвинным животным. Животных я люблю.
— Животных… А людей? — не удержался я.
Глава 8 Терпение
— А людей я терплю, — усмехнулась Ядвига и вдруг приосанилась, сделала серьёзное, даже где-то официозное лицо и сменила тон. — Кстати, молодые люди, вынуждена задать вопрос, который покажется вам неожиданным… Нет ли в окрестностях прохода к Калинову мосту?