Мы вышли из сарая на открытый воздух.

Попрощавшись с хозяйкой дома, мы пошли обратно к машине.

Лишь когда калитка за нами закрылась, а мы отошли на безопасное расстояние, так, что баба Тоня уже не могла нас услышать, Василиса заговорила:

— Вадим. Тебе не кажется, что козы — это явный признак того, что нам надо кое с кем поговорить?

Я задумчиво кивнул:

— Ещё как кажется. На «Я» начинается, на «двига» заканчивается. Есть ощущение, что пришло время обсудить правила добрососедства.

Мы с Василисой не стали откладывать дело в долгий ящик и сразу же направились к Ядвиге Дорофеевне.

В официальных бумагах её новый адрес относился к Колдухинской поселковой администрации. Однако физически был ближе к Лабинке, а прямой дороги к её жилью не существовало, только через сады.

Уверен, что подобная транспортная недоступность её полностью устраивает. В отличие от бабки Агафьи, Ядвига видеть никого постороннего не желала.

Её новый дом был таковым только в том смысле, что она в нём обосновалась недавно.

Заброшенная ещё в девяносто первом станция, сейчас вновь обретала жизнь благодаря энергии деятельной ведьмы, занявшейся её восстановлением.

За те полтора месяца, что она здесь была хозяйкой, дом изменился.

Мы увидели это как только остановились на границе «сада» и зашли на территорию.

Старая шиферная крыша, похожая на литосферную плиту, теперь была покрыта свежей красной краской. Стены, по которым проступала чёрная плесень, были вычищены и даже, вероятно, обработаны магией.

На месте старых грязных окон теперь стояли бездушные, но герметичные пластиковые стеклопакеты, а сквозь грязь и бурьян к крыльцу змеилась аккуратная дорожка из гравия.

Ядвига работала. Удивительно, но, когда мы увидели её в Краснодаре, она ничего не делала. Жила в каком-то несусветном бардаке. А тут… Работы была проделана колоссальная.

Да периферия ее полуторагектарного участка оставалась царством диких, колючих зарослей: терновника, акации и всякого рода облепих.

Но это была враждебная миру граница, внешний слой, призванный оттолкнуть, испугать, прогнать прочь.

Зато внутри этого хаоса уже «проступал» порядок. Аккуратные просеки, пеньки на месте спиленных сухостоев.

Ядвига была на улице и сейчас рубила дрова. В дальнем углу участка, у выкопанных лунок, копошился Леший дядя Миша.

Он заметила нас издалека и помахал рукой, однако почти сразу же вернулся к своему занятию.

Чувствовалось, что ему нравилось то, чем он занят.

Леший, не обращая на нас внимания, сажал саженцы. Скорее всего, те самые, из-за которых и разгорелся скандал на сельскохозяйственной ярмарке.