Стрелка масла держалась там, где оставил её прогрев. На высоте мотор начал остывать; я прикрыл заслонку настолько, насколько позволяла температура воды. Вчерашние карточки остались на земле, и ни одна не могла сделать это движение вместо лётчика. Они только довели исправную машину до старта и не позволили поднять неисправную.

Дёмин проверил хвост разворотом головы, затем на секунду поднял планшет. Карта лежала свободно, не выгибалась над книгой. Он сверил дорогу, убрал планшет и показал ведомому держаться шире. Обычная работа нового ведущего; издали она отличалась от прежнего места всего несколькими метрами.

Радио шуршало. Земля сказала два слова, оба развалились в треске. Дальше мы шли по карте, времени и дыму у переправы.

* * *

Шесть «Хейнкелей» появились над западной кромкой леса двумя тройками. Первая шла чуть выше и левее, вторая отставала на полкорпуса. До переправы им оставалось меньше десяти минут.

Ниже и впереди бомбовозов держалась пара «мессеров». Не охрана у самого крыла — приманка на пути перехвата. Ещё двоих я нашёл не сразу. Они висели выше, у белого солнца, и при прямом взгляде пропадали в блеске.

Четыре истребителя. Не двенадцать. Этого хватало, если каждый знал, кого должен отрезать.

Я покачал крыльями один раз: противник впереди. Дёмин ответил коротким движением. Третья пара разошлась шире.

Нижние «мессеры» пошли нам навстречу. Яркой отметины на них не было. Рисунок оставался знакомым: ведущий показывался, ведомый держался сбоку и выше, не лез за первой очередью.

Если вся шестёрка повернёт на них, бомбовозы пройдут. Если никто не повернёт, нижняя пара ударит Дёмину в хвост, когда он ляжет на боевой.

Я дважды широко качнул машину.

Аркадий ответил тем же.

Радио донесло обрезанное:

— Принял.

Четыре Яка сместились за второй парой. Старший лейтенант коротко отвернул вправо и вернулся, собирая своего ведомого ближе.

Я повёл свою пару влево и вниз, поперёк нижним немцам. Они приняли. Ближний повернул за мной, второй «мессер» остался снаружи. Мы разошлись на встречных, не стреляя: дальность была велика, а каждому требовалось заставить другого сделать лишний поворот.

Я заложил левый вираж. Немец не полез следом внутрь; набрал и перевёл скорость в высоту. Его ведомый уже заходил с другой стороны.

Они не собирались драться со мной. Они отводили первую пару от четырёх машин Дёмина.

Я вышел из виража раньше и потянул к группе. Нижний ведущий тут же перевернулся через крыло. Трассы прошли под правой плоскостью. Мой ведомый ударил ему навстречу короткой очередью. Попаданий не было видно, зато немец отвернул и потерял один заход.