Вверху блеснули ещё два «мессера». У ведущего на миг загорелся жёлтый кок.

Они не пошли на меня.

Свалились на вторую пару.

Дёмин ушёл до выстрела. Его Як лёг на правое крыло, ведомый повторил без разрыва. Первая немецкая очередь прошла через то место, где они были секунду назад. Аркадий не стал доворачивать за атакующим. Вернул машину на курс бомбовозов и показал третьей паре короткий отворот с возвратом.

Старший лейтенант не пристроился к нему. По ночному разбору его место было ниже, у «Хейнкелей». Он повёл свою пару через просвет между верхними немцами и первой тройкой бомбовозов.

Дёмин остался выше с ведомым и принял второй заход на себя.

Картина распалась на куски: нижний немец у моего прицела, жёлтый кок над Дёминым, две белые дуги Як у бомбовозов. Пока я доворачивал за одним, остальные уходили в разные стороны.

Нижний «мессер» снова полез в лоб. Я не стал отворачивать первым. Прицел дошёл до его капота. Мы ударили почти одновременно. Его трассы разошлись по сторонам фонаря; мои прошли выше кабины. На сближении мелькнула тёмная фигура под стеклом, больше ничего.

Мы разминулись.

Сзади щёлкнуло по фюзеляжу. Ведомый немца отработал свою часть пары.

Мой ведомый крикнул что-то, но передатчик захлебнулся треском. Я качнул машину вправо и вышел вниз. Он остался рядом. Хвост слушался, приборы держались. Две пробоины в обшивке ещё не были поводом бросать задачу.

Впереди третья пара вышла к бомбовозам.

* * *

Старший лейтенант ударил по крайнему «Хейнкелю» первой тройки. Не повис у него сзади. Прошёл сверху-сбоку, дал очередь по левому мотору и ушёл под строй. Ведомый повторил с другой стороны.

Мотор бомбовоза задымил, но машина не упала. Тройка разошлась: повреждённый отстал, два остальных отвернули на север. Их стрелки продолжали работать, и белые трассы тянулись к уходящим Якам.

Вторая тройка курс не изменила. Переправа была уже под носами её машин.

Дёмин держал над ударной парой двух верхних немцев. Теперь они перестали притворяться случайным резервом. Один бил, другой оставался выше и снаружи. После каждого уклонения Аркадий возвращал пару к третьей, не давая увести себя на запад.

На третьем заходе попали в его ведомого.

Из-под капота Яка вырвался белый хвост. Не дым — пар или выбитая охлаждающая жидкость. Машина ещё слушалась, но держаться наверху долго не могла.

— Второй, к первой паре, — голос Дёмина прорвался чисто и снова ушёл в шорох. — Не тяни.

Ведомый качнул крыльями. Вместо того чтобы нырнуть прямо к земле, он пошёл полого к нам, сохраняя скорость. Аркадий прикрыл его разворот и только потом вернулся вверх.