— Тимофей Ильич, — сказал я.
— Не надо. — Он смотрел мимо, на капониры. — Я и так знаю.
Он поправил на мне воротник — коротко, деловито, — повернулся и пошёл к капонирам. За третьим снежным валом осталась видна только верхушка шапки. Потом и она пропала.
Веселова я встретил у самого КП.
Он стоял под фонарём, в шинели; снег таял у него на плечах. Он смотрел, как я иду. Обойти не получилось.
— Товарищ лейтенант госбезопасности.
— Товарищ младший лейтенант. — Он помолчал. — Вас переводят.
— Так точно.
— Я знаю. Мне сообщили сегодня.
Он не спрашивал. Он вообще больше не спрашивал — с того самого разговора, когда сказал, что рапорт ушёл восьмого.
— Я остаюсь. Полк — мой участок, я тут ещё долго буду.
Снег падал между нами, косо срезая свет фонаря.
— Вы, наверно, думаете, что уезжаете от меня, — сказал Веселов. Ни угрозы, ни торжества — та же ровная вежливость, с какой он всегда со мной говорил. — Не от меня. Я никуда вас не отпускаю и никуда за вами не еду. Я тут сижу и считаю по своему участку.
— Тогда от чего?
— Ни от чего, — сказал он. — Там будут спрашивать то же самое. Не я.
И пошёл к себе, аккуратно ставя ноги в собственные следы.
* * *
В землянке спали.
Я сел у коптилки. Достал бумагу. Развернул.
Казённая бумага. Машинопись. Через один интервал.
«Младшему лейтенанту Соколову А. Д. По прибытии смены убыть в распоряжение старшего офицера группы Генерального штаба при штабе фронта. При себе иметь все рабочие записи в полном объёме».
Я прочёл ещё раз.
Копии подписанных листов уже ушли: порядок пары, разборы, зимние карточки. Четыре почерка. Два экземпляра, набело. Полная тетрадь осталась у меня.
Теперь требовали её. В полном объёме.
Слова «в полном объёме» подчёркнули.
Не машинкой. Рукой. Химическим карандашом, дважды, с нажимом, — так подчёркивает человек, который читает чужую бумагу и хочет, чтоб внизу поняли правильно. Карандаш на второй черте продавил лист.
Я поднёс бумагу к коптилке и посмотрел на просвет. Продавил насквозь.
Чья рука — не написано.
Я положил бумагу на колени. За стеной храпел Клюев. Гудела печка.
Я потёр большим пальцем левую ладонь.
Июньская мозоль сошла.
Ниже, вдоль ладони, легла другая — твёрдая, широкая, под ручку управления Яка.
Спрашивать некого.
За стеной кто-то заворочался и сказал во сне неразборчиво. Коптилка чадила. Бумага лежала у меня на коленях, подчёркнутая дважды, с нажимом.
Четвёртого января предстояло убыть.
В полном объёме.
Nota bene
Книга предоставленаЦокольным этажом , где можно скачать и другие книги.
Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, черезAmnezia VPN : -15% на Premium, но также есть Free.