Кроме того, ему нужно было как-то связаться с Розой, Асадом и, возможно, Гордоном — если бедняга еще не слишком сильно пострадал от жестоких событий рождественских дней, когда он был на волосок от казни серийной убийцей Сисле Парк после нескольких дней заточения. Эта троица должна была упорно работать над его делом и выяснить, что произошло в деле о строительном пистолете, раз события вдруг приняли такой стремительный и крутой оборот. И, наконец, было принципиально важно, чтобы Мона в качестве психолога Главного управления полиции получила право навещать его чаще, чем это дозволено обычным близким родственникам.
Фундамент дела, на котором против него собирались строить обвинение, был заложен пятнадцать лет назад. Главный свидетель — он же основной обвиняемый, его старый коллега Анкер Хёйер, — скончался на Амагере[21] еще в 2007 году, и при тех же обстоятельствах их второй коллега, Харди Хеннингсен, остался инвалидом из-за выстрела в спину. Так кто мог свидетельствовать, кроме третьего участника той перестрелки — его самого? Мог ли Харди? Захотел бы он? Был ли он вообще на стороне Карла?
Карл откинулся назад на тонкий матрас, чувствуя всю тяжесть бессилия. «Дерьмовое дело» — вот чем это было, и всё ниточками тянулось назад, к его когда-то близкому другу и коллеге Анкеру Хёйеру. Не будь его, Карл бы здесь не лежал, в этом он был уверен. Анкер принадлежал к тому типу полицейских, которые не видели себя в этой роли до конца дней, как Карл и Харди, — это они поняли еще тогда. У него были амбиции, и для Анкера на первом месте всегда стояли сам Анкер и его потребности. Из-за этого жена выставила его за дверь, из-за этого он постоянно искал возможности подняться по социальной лестнице. Для Анкера это означало раздобыть денег, и как можно больше. Почему Карл не разглядел, что это может добром не кончиться? Но в то, что Анкер окажется коррумпирован и замешан в торговле наркотиками и вещах куда похуже, он никогда бы не поверил. Как и в то, что Анкер найдет свою смерть там, в сарае на Амагере. И вот теперь Карл лежал здесь, подозреваемый в том, что был сообщником Анкера. Честно говоря, он ни хрена не помнил из того, что происходило в то время.
Никогда прежде он так страстно не желал, чтобы его старый друг Харди сидел сейчас рядом, чтобы они вместе могли попытаться понять и восстановить картину того, что случилось в 2007 году в так называемом «Деле о гвоздезабивном пистолете». Карл снова вздохнул, ведь он прекрасно понимал: это несбыточные мечты, поскольку парализованный Харди сейчас проходил многомесячный, альтернативный и, скорее всего, бесполезный курс реабилитации в Швейцарии. Как он вообще мог включиться в процесс?