— Звучит логично, но задача кажется практически невыполнимой, Харди. Ведь прошло уже много-много лет, — заметила Роза.
— Поверь, я знаю это лучше кого бы то ни было. И задача на самом деле еще сложнее, чем кажется на первый взгляд. Я пришел к убеждению, что мы не сможем подкопаться к этому делу с тыла, так сказать, и попытаться оправдать Карла за чисто формальным отсутствием улик. Нам придется пойти другим путем и самим найти настоящих виновных. Выяснить, кто стоит за всем этим: кто заказчики, кто посредники и кто рулит делами здесь, в Дании, — и уже на этом основании добиться полного оправдания Карла.
— А ты в курсе, что Маркус Якобсен сделает всё возможное, чтобы вставлять нам палки в колеса, если мы начнем расследовать это дело так, как нам хочется? — спросила Роза.
— Да, формально это дело DUP, но плевать на него. На лбу у некоторых присутствующих прорезались глубокие морщины. Неужели Харди действительно это сказал?
Харди утвердительно кивнул: — Да, именно это я и имею в виду. Можно подумать, будто Маркус сам во всем этом замешан — с таким фанатичным рвением он отравлял Карлу жизнь. Но нам придется закрыть на это глаза. Стоит помнить: он уходил из Полицейского управления на пару лет, пока болела жена, и что убойный отдел никогда не работал лучше, чем с тех пор, как он вернулся.
— То есть ты думаешь, что Карл даже понятия не имел, что находилось в том чемодане на чердаке, который Анкер просил его посторожить? — спросила Мона.
— Карл несколько лет выхаживал меня у себя дома, и он вполне мог бы взять хоть немного тех денег из чемодана, чтобы улучшить наше положение. Так что нет, я верю Карлу, причем от начала и до конца. Кроме того, такой умный человек, как Карл, ни за что не оставил бы его на чердаке после того, как переехал к тебе, Мона. Это было бы слишком рискованно. Он просто-напросто забыл про него, вот и всё. А про такое не забывают, если знают, что внутри, верно? Кокаин, героин и банкноты на миллионы крон! Так что теперь во мне просыпается старый следователь: за что мы можем зацепиться?
Харди тяжело вздохнул.
— Секунду, Харди. Тебе ничего не давит? — обеспокоенно спросил Мортен.
— Воздуха маловато, — совсем тихо ответил тот.
Мортен и техник Харди переглянулись и кивнули друг другу. — Думаю, на сегодня достаточно, Мона. Мы можем продолжить в другой день. В конце концов, это первый день, когда Харди...
— Подождите, — снова раздался слабый голос. — Можно мне сделать маленький глоток того кофе, что стоит на столе?
Асад, Роза и Мона вскочили одновременно, но Асад оказался быстрее всех. — Две или три ложки сахара? — спросил он, уже наливая, так и не дождавшись ответа. Он аккуратно поднес край чашки к губам Харди и наклонил её чуть слишком быстро, так что кофе потек по уголкам рта.