— А... а можно? Когда будет готово?
— Будет через два с половиной часа. Два пфеннига за миску.
Мальчишка уставился на меня с изумлением, приоткрыл рот, потом закрыл, снова приоткрыл и наконец выдавил:
— Два пфеннига? За суп? Здесь, в третьем квартале?
— Здесь, в третьем квартале. Два пфеннига.
Мальчишка исчез. я вернулась на кухню, помешала суп и села, ожидая. Через полчаса помешала снова. Через час то же самое. Суп густел, горох разваривался, бульон становился насыщенным, сливочным, с глубоким копчёным вкусом. Я добавила мелко нарезанный укроп, попробовала на соль и чуть-чуть досолила. Потом достала нож и аккуратно нарезала мясо с рёбрышек, отделив его от костей, на мелкие кусочки, отправила обратно в котёл. Кости вынула и отложила: из них можно было сварить вторичный бульон, и выбрасывать их было бы преступлением.
Запах распространился на всю улицу. Я заметила это, когда вышла во двор за водой: женщина, шедшая мимо с корзиной белья, остановилась и принюхалась. Двое мужчин, работающих напротив, тоже замедлили шаг, обменявшись взглядами. Мальчишка, появившийся раньше, вернулся с ещё двумя пацанами, и все трое стояли у двери, втягивая носом воздух.
Мне нужна вывеска! – осенило меня.
Я вернулась в таверну, нашла обрезок доски и кусок угля. Написала крупными буквами: «ГОРОХОВЫЙ СУП. 2 ПФЕННИГА ЗА МИСКУ. СЕГОДНЯ.» Вынесла доску и поставила на выступ у двери.
А Хеннок удивил в который раз. Оказывается он всё это время чинил стулья и лавки. Приставив к каждому столу по лавке, у нас оказалось три стола с лавками и стульями.
Первым пришел грузчик. Высокий, широкоплечий, с загорелым лицом. Он вошёл в таверну, огляделся с подозрением, учуял запах и решительно проследовал к столу, отбросив последние сомнения.
— Два пфеннига? — переспросил он, садясь.
— Два пфеннига, — подтвердила я. — Миска супа и хлеб.
Грузчик заплатил, опустил на стол две медные монеты, и я поставила перед ним миску. Он поднял ложку, зачерпнул, поднёс ко рту. Проглотил. Замер. Потом зачерпнул ещё, ещё и ещё, не поднимая глаз от миски. Он ел быстро. Когда миска опустела, он поднял глаза на меня.
— Что это за суп?
— Гороховый суп с копчёными рёбрышками, — ответила она.
— Нет, — покачал головой грузчик. — Я про вкус. Откуда он? У нас в Валлоре никто так не готовит.
— Я готовлю, — пожала плечами я.
Вторым пришел его напарник, такой же грузчик с порта, помоложе и повыше, с рыжими усами и веснушками на скулах. Он тоже сел, заплатил, тоже получил миску супа и хлеб. И тоже замер после первой ложки, с тем же выражением, что и первый.