А я больше не хочу так жить. Когда я попала в дом Вейрата, я думала, что потеряла всё. Мне казалось, что моё имя больше ничего не значит. Что прошлое определяет меня навсегда. Вы показали мне обратное.
Вы не спрашивали, кем я была. Вы спросили, кем я хочу стать. Я долго не знала ответа. Теперь знаю. Я хочу узнать себя. Алрик фон Штерн предложил мне уехать с ним. Сначала я испугалась. Мне показалось, что это невозможно. Что после всего случившегося нельзя просто взять и поверить человеку. Но потом я поняла одну вещь.
Я всю жизнь боялась людей, которые могли причинить мне боль. Но если жить только страхом, то он всё равно остаётся хозяином твоей жизни.
Алрик не обещал мне лёгкого пути. Он не сказал, что всё забудется.
Он просто сказал, что я могу попробовать. И я хочу попробовать.
Не ради него. Ради себя. Я знаю, что вы будете переживать.
Поэтому прошу вас только об одном. Не ищите меня. Не пытайтесь вернуть. Позвольте мне впервые самой дойти до конца дороги.
Спасибо вам за всё. За то, что однажды вы увидели во мне человека, когда я сама себя им не считала.
Я всегда буду помнить это.
Ваша Силла.»
Я закончила читать и ещё долго сидела неподвижно. А потом закрыла глаза. Первым пришёл гнев. На то, что ей снова пришлось уходить тайно. На то, что даже после падения Вейрата её родственники попытались вернуть её туда, откуда она только выбралась. Эти люди до сих пор считают другого человека своей собственностью.
Но за гневом пришло другое чувство. Гордость за нее. Силла сделала именно то, чему я сама когда-то училась. Она выбрала себя.
Когда я спустилась за столом со всеми сидел Варион.
— Что случилось?
Я молча протянула ему письмо.
Он прочитал его внимательно, не торопясь.
— Она уехала с Алриком.
— Она вернётся? — тихо спросила я.
Варион посмотрел на меня.
— Вы верите, что вернётся?
Я улыбнулась.
— Да. — Я взяла письмо и аккуратно сложила его. — Потому что теперь она знает, куда возвращаться.
Через несколько дней в Валлору действительно приехали родственники Силлы. Они приехали требовать свою дочь обратно.
После ареста Вейрата они потеряли деньги, которые получали за молчание, и теперь вспомнили о девушке, которую когда-то без колебаний отдали чужому дому.
Они пришли в таверну с документами и уверенным выражением людей, привыкших, что им уступают.
— Силла является частью нашей семьи, — сказал мужчина, представившийся её дядей.
— Она не является чьей-то собственностью.
— Вы вмешиваетесь в семейное дело.
— Возможно, но Силлы здесь нет. Она ушла. Куда не сказала, так что ничем не могу помочь.
Глава 51