— Вынужден отказаться, Ваше Величество, — произнес он, и я внутренне ахнула. — Со своей супругой я танцую сам.
Он щелкнул каблуками и отвесил короткий, но безупречный поклон.
— Звучит чудесная мелодия. Элиана уже ждет.
И он развернулся — спиной к королю, что было верхом дерзости, и зашагал обратно к нам. Лицо Его Величества потемнело от гнева, но Даррен этого уже не видел. Или делал вид, что не видит.
— Ты с ума сошел? — зашипела, хватая мужа за локоть. — Я отсюда вижу, как он мечет в нас молнии!
— Пусть мечет. Сейчас важно только одно...
— И что же это?
— Потанцуете со мной, леди Рейнольд?
Я шутливо стукнула его веером по плечу.
— Вы невыносимы, лорд Рейнольд.
— Знаю. Поэтому вы за меня и вышли.
Ник, наблюдавший эту сцену, закатил глаза к потолку и махнул рукой:
— Я буду у стола с пирожными.
— Только не съешь все до нашего возвращения! — крикнула ему вдогонку.
Даррен вывел меня в центр зала, и оркестр, словно по волшебству, заиграл новую мелодию — нежную, но полную скрытой страсти, словно море перед штормом. Мы закружились в танце. Даррен уверено вел меня по залу. Мы двигались как одно целое, и весь мир — король, гости, сплетники, перестал существовать.
В финале танца зал взорвался аплодисментами. Я раскраснелась, дыхание сбилось, но настроение взлетело до небес.
Даррен притянул меня к себе и тихо произнес:
— Ничего нет прекраснее на свете, чем счастливая улыбка моей жены.
— Вы стали ужасным романтиком, лорд Рейнольд, — пробормотала, чувствуя, как пылают щеки.
— Я бы даже сказал — безнадежным. И все благодаря вам.
— Как же нам обоим повезло, что я свалилась вам на голову!
— Вы хотели сказать — выбили трость у меня из рук? — он приподнял бровь. — Я отлично помню наше первое знакомство.
— Даррен, фу быть таким злопамятным! Это была случайность!
— Признайся, что уже тогда ты положила глаз на меня, настоящего герцога, — он говорил с самым серьезным выражением лица, но в глазах плясали чертики. — И что ты просто-напросто охотница за чужим состоянием.
Фыркнула, пряча улыбку в кулак.
— Да, конечно. Только и мечтала о том, чтобы меня обвинили в убийстве, чуть тут же не повесили, а потом насильно выдали замуж за некроманта!
Даррен наклонился и поцеловал меня в висок — быстро, почти незаметно, но у меня перехватило дыхание.
— Мне никогда не надоедят наши дружеские перепалки. Это добавляет... огня.
— И мне, несносный герцог. И мне.
Муж подал руку, и мы направились к столу с закусками, пока Ник не съел все сладкие угощения. Иначе это было бы крайне неловко и невежливо с нашей стороны. И застукали сына ровно в тот момент, когда он откусывал по очереди сразу от двух пирожных, зажатых в перемазанных кремом руках.