— Вы Тоху убили! — вскинулась Вера. — Он меня спасти хотел!

— Угу. Тебя спасти, а нас угробить.

— Перестаньте! — Кирилл поднялся. — Как вы не понимаете? Если эту вашу «кровь за кровь» не остановить, она бесконечно продолжаться будет! Вот ты убьешь Веру. Кто-то из ее стаи выследит и убьет тебя. Жека убьет того, кто убьет тебя. И так далее, один за другим — до тех пор, пока все друг друга не истребят! Нас, людей, и так ничтожно мало осталось. Но об этом никто не думает. Всем некогда. Все дерутся и убивают.

— Высказался? — Рэд холодно смотрел на Кирилла.

— Могу продолжить. — Кирилл сумел выдержать взгляд. Внутренне приготовился к оплеухе, к потоку ругани — к чему угодно. Сам не ожидал от себя таких слов. Но, произнеся их, понял, что теперь стало легче.

Краем глаза заметил, что Джек и Олеся тоже подошли и стоят чуть поодаль. Разговор они наверняка слышали.

— В Бункере продолжать будешь. Если доживешь. — Рэд оглянулся, тоже увидел Джека и Олесю. — Все, сворачиваемся! Хорош языки чесать.

— К железке завтра выйдем. — Кирилл и Вера мыли после ужина посуду. Закатав повыше штанины, оттирали в речке котелки.

После того, что случилось на привале, Вера почти не разговаривала. Ни с кем. На вопросы отвечала односложно, а как только на нее переставали обращать внимание, замирала в задумчивости. Время от времени Кирилл ловил на себе ее взгляд. Несколько раз спрашивал: «Ты чего?» — но Вера только качала головой и отворачивалась. Рэдрик тоже помалкивал. Даже Джек, казалось, приуныл. Кирилл слышал, как однажды обронил в сердцах: «Да мне хоть к воякам уже, хоть к черту в зубы! Задолбали эти болота».

Топкая почва — каждый шаг приходилось делать осторожно, — сырая земля под палаткой, комары, мошка и напряженная, будто в ожидании грозы, обстановка утомили не только Кирилла. Устали все.

— Я попробую поговорить со Сталкером. — Кирилл, придерживая котелок, повернулся к Вере.

Та покачала головой:

— Не надо. Только себе навредишь. А мне и того, что ты уже сделал, — хватит. За меня никто не заступался с тех пор как к Сивому попала. — Вера слила из миски остатки перемешанной с песком воды, ополоснула. — И не лечил никто. И я не для того сейчас говорю, чтобы тебя разжалобить, а просто, чтобы ты знал… Я хочу, чтобы у тебя все получилось. И чтобы ты живой вернулся.

Недалеко от берега плеснула, играя в воде, рыбешка. Кирилл молчал. Он не знал, что ответить.

К железке они вышли через два часа после подъема.

— Все, — сказала Вера. — Вон она. — Опустила на землю рюкзак.

— Ботинки снимай, — глухо приказал Рэд. — И положил руку на кобуру.