В первый момент бойцы от неожиданности обалдели. Потом Джек расплылся в широкой улыбке.

— От это я понимаю, больница, — восхитился он. — Всю жизнь бы так лечился! — Приподнявшись на локте, заговорщически подмигнул Галине Федоровне. — А можно, коль пошла такая пьянка, еще самогона и девочек? Чтобы уж до полного выздоровления?

— Еще не хватало! Кушать и спать. И никаких нервных возбудителей… Курите?

— Не-ет! — Джек даже руками замахал от удивления. — Что вы, доктор? Это ж вредно.

— Врешь, — уверенно отмела Галина Федоровна. — Лиза! Проверь их одежду, сигареты — мне на стол. Сейчас обед принесут, потом дашь молока с медом, чтобы лучше спалось… И все! На бочок — и баиньки. Понятно? — Она грозно обвела глазами пациентов.

Даже у Джека не нашлось, что ответить.

— Ну вот, другое дело. Отдыхайте, — милостиво разрешила Галина Федоровна.

И, покачивая спасательными кругами, выплыла за дверь. Лиза немедленно — следом. Кирилл ей и слова сказать не успел.

— Крутая тетка! — откидываясь на подушку, восхитился Джек. — «На бочок — и баиньки»… Зашибись — лечение. У нас режим: поели — лежим! — И расхохотался.

— А че, пацаны, — отсмеявшись, решил Рэд. — Когда еще так свезет? Этак в натуре дохлого вылечить можно. — С наслаждением потянувшись, он заложил за голову руки.

Никто из пациентов не видел, как Галина Федоровна всхлипывала в соседней палате. Там отлеживался после приступа Андрей Юрьевич. С «Галчиком» они дружили еще с молодости.

— Ты бы видел этих мальчиков, Андрюша… И ожоги, и пулевые, и осколочные — хоть в медицинский справочник. Что ж им вынести-то пришлось? В какой мерзости вырасти? А главное, понимаешь, — им как так и надо это все! Ну, ожоги. Ну, ранение… Когда я взялась ладони зеленкой мазать — все в порезах, говорят, крючками рыболовными ободрали — смотрели, как на дурочку. На фиг, говорят, надо, медикаменты переводить? И сейчас, слышишь, как хохочут. — Из-за стены донесся дружный молодой смех. — А этот красавчик, у которого воронка на плече такая, что смотреть страшно — громче всех.

— Ну, зато не плачут. — Андрей Юрьевич погладил подругу по вздрагивающей руке. — Не то что некоторые медработники.

— Шутишь все… — Галина Федоровна высморкалась. — Скажи. А ты, и правда, веришь… что вакцину создадут?

Андрей ответил сразу, убежденно и не задумываясь:

— Я верю, что к этому нужно стремиться. Что нельзя опускать руки и жить последним днем! Ты посмотри, Галчик, что вокруг творится. Уроды совсем распоясались, ничего уже не боятся. Вспомни: ни мы в Омске, ни Борис у нас уж сколько лет не были. Пробовали — и, поджав хвост, назад бежали. Знать не знали, что Борис состав этот новый придумал, для плащей. Что таблетки сердечные довел до ума… Только эти сумасшедшие пацаны и сумели прорваться. И то, рассказывали, в каждом поселке уроды на них набрасывались, как с цепи сорвавшись. Такое… отчаяние обреченных наступает, понимаешь?