Она дала Тиму «Реаниматор-А », не думая ни секунды.
– Но беспокоит меня не только «Реаниматор», – сказал он шепотом, хотя в комнате наблюдения были только они вдвоем. – Проблема еще и в другом исследовании. В области усиления функций. Лундин хочет, чтобы мы запустили массовое производство более вирулентного штамма. – Он схватился за панель перед собой и навалился на нее, будто без этой поддержки мог свалиться с ног.
– Но существует мораторий на подобное производство, чтобы человечество не пожрало самое себя.
– Здесь мы в совершенно ином мире. Лондон бросили выживать в одиночку. И мне кажется, что Лондон – и, возможно, даже Лундин, – немного взбешен этим фактом.
– Дадли, нам нужно составить план, – произнесла она. – Нужно лучше подготовиться. – Они вдвоем сидели рядом, с огромными в защитных костюмах задницами, прижавшись друг к другу у приборной панели. Кеста коленом чувствовала, как мелко дрожит нога Дадли. – Если они планируют произвести более вирулентную версию вируса в промышленном масштабе и положить ее на полку, – продолжила она, – то само собой разумеется, что создание эффективного лекарства становится только важнее.
– Согласен, – прошептал он, – и исследования в области усиления функций на самом деле помогают быстрее испытывать «Реаниматор». Есть в этом некая ирония, не находишь? Приходится идти на неприятные риски в исследовании ради момента озарения.
– И сколько тебе понадобится времени, Дадли, как думаешь?
– Кеста, серьезно, я не знаю. Мы можем ускорить испытания на животных начиная со следующей недели, но точно я сказать не могу. Нужно найти лекарство от этой дряни до того, как мы позволим себе даже подумать о том, чтобы забить тревогу по поводу исследований в области усиления функций. Нам нужно проинформировать соответствующие ведомства, но пока мы так рисковать не имеем права. Если сигнал тревоги прозвучит слишком рано, мы потеряем доступ ко всему, над чем так тяжело работали, и о возможности излечения придется забыть. Но я все-таки кое с кем поговорю: с человеком, которому можно доверять, и тогда посмотрим, какие у нас есть варианты. А пока не высовывайся, хорошо? Последнее, что нам нужно, – чтобы кого-то из нас уволили.
Кеста и Дадли пожали друг другу руки. Повернувшись к комнате наблюдения, они увидели, что Лив завалилась на бок и лежит полу. Кеста от всего сердца надеялась, что обезьянка просто спит.
Глава двадцать третья
– Они считали, что это вуду, – рассказывала Джесс, подтягивая к груди одну за одной свои ноги, обтянутые шелковыми чулками. Ее спина была выгнута дугой, как у ведьминой кошки в минуты покоя. Кеста, как обычно, сидела на полу гостиной Джесс, скрестив ноги, опустив локти на кофейный столик орехового дерева и лениво перелистывая прекрасные книги, которые ее подруга совершенно не намеревалась читать.