– Но его семья должна знать, что его нашли.
– Кеста, дорогая, разве в этом будет какой-то прок? – Кук присела рядом с «Дейвом», опершись рукой ему на живот для равновесия.
– Уж кто-то, а ты не можешь искренне с ним соглашаться! – крикнула Кеста, ткнув большим пальцем в сторону Лундина.
– Кеста, милая…
– Не смей меня опекать, Джун. Господи, поверить не могу! Вы трое сговорились сохранить существование этого бедного человека в секрете от его семьи? – Кеста метнула на каждого из них обвиняющий взгляд. – Джун, пожалуйста, а что, если бы это был Родни? Ты бы не захотела знать, что он жив?
Кук поднялась.
– Нет, – покачала головой она. – Не думаю, что захотела бы. Только не так. Я бы не захотела видеть его таким.
– Но это неэтично! У нас есть моральное обязательство – сообщить его семье, что он найден!
– Полагаю, с точки зрения морали мы в серой зоне, – заметил Дадли. Он вытаскивал одну за одной карточки из кошелька мужчины, осматривал и бросал на пол. Затем неприятная улыбка исказила его лицо. – Но с точки зрения закона… похоже, я только что нашел для нас карточку «Выход из тюрьмы».
Остальные столпились вокруг него.
– Он донор органов, – объяснил Дадли.
– Ну, это все решает, – кивнул Лундин, взял карточку донора из рук Дадли двумя пальцами и пихнул ее в карман своего лабораторного халата. – Думаю, мы все согласимся, что он бы этого хотел: принести себя в жертву. Во имя науки.
– Лундин, это же живой человек! – вспыхнула Кеста.
– Ну, это спорно, – усмехнулся он, – и вообще, не стоит забивать себе голову такими пустяками, как согласие, когда в стране объявлено чрезвычайное положение.
– Он еще не умер! – сказала Кеста.
– Но он уже и не жив, – возразил Лундин. – Для меня этого более чем достаточно.
Глава семнадцатая
– Так, значит, выходить безопасно? Или мне лучше запереться в ванной, как Шелли Дюваль из «Сияния», и ждать, пока ты напишешь, что все чисто?
Кеста висела на телефоне уже больше часа, пытаясь убедить Джесс, будто факт вылезания зомби из канализации спустя пять месяцев после того, что сочли концом эпидемии, не так уж страшен. Достичь хрупкого равновесия между осторожной решимостью и скатыванием в слепую панику было важно как никогда. Город находился на краю опасного обрыва, поскольку горожане теперь беспрестанно ставили под сомнение все, что им говорили.
«Все зараженные были ликвидированы » – так их заверяли. Теории заговора множились с бешеной скоростью. Кеста вспомнила пожилого мужчину, которого встретила в свой первый день работы в проекте «Рассвет». Станет ли он прятаться дома, размахивая тростью как средством обороны, получив доказательства, что его подозрения были справедливы с самого начала, что власть имущие действительно лгут нам, всегда, инстинктивно, просто потому, что это необходимо.