— Да, мы такую же историю слышали. Сперва не поверили, но и купец, и приказчик поклялись. Они днём позже отрока расспросили, он и подтвердил, — подал голос средний из княжей.
— Большой мешок, говорите, — Мала недобро улыбнулась и повернулась к сестре. — Содержимое того мешка в хвором доме или у нас?
— В хвором. В каморе с травами и прочим припасом, — кивнула Ясна и внимательно посмотрела на пленных, а потом на старшую. Она чувствовала холодную ярость той, и горе от смерти побратимов. Всё же Ясна хуже знала каждого из них, а Мала наставляла, учила и собирала. — Распорядись как знаешь. Я тебе решить их судьбы доверю.
— Хорошо. Верея! — Мала прошептала что-то склонившейся рядом женщине и отпустила её. А потом голосом, от которого всех вокруг бросило в дрожь, обратилась к пленным. — Вы получите то, за чем пришли. А позже, коль дотянете, даже домой отправитесь. За выкуп. Но с этого дня любое слово Ясны для вас приказ.
Мала выпустила незримую волну силы, ударившую по пленным, и сбившую их на землю. А пока княжи пытались вновь подняться хотя бы на колени, довершила печать. Да, её главная сил внушать и подчинять. И теперь самое время дару проявить себя.
Тем временем прибежала Вереея и принесла миску с тремя кусочками соли. Мала приказала развязать пленных и отдать каждому по кусочку. И пусть тотчас и съедят их, раз так хотели. На случайно высказанный вопрос «Что это?» ответила всё же Ясна:
— Розовая соль. Сестра её на раскопах на юге купила и мне привезла. От многих болезней живота помогает, — усмехнулась девушка, без жалости глядя на княжей. Ей было тоскливо от понимания из-за чего же умерло столько людей. И ещё горше от того, что даже попробуй она объясниться на первой заставе, ей бы не поверили и всё равно бы пришлось пролить кровь. — Вы ведь хотели подарка Малы, хотели стать сильней от него? Ну так и ешьте!
Люди смотрели на пленников с нескрываемой злостью и мстительно радовались, видя страдания княжей, пытавшихся проглотить горькую соль. По знаку Малы их всё же увели и заперли обратно в погреб, и даже оставили немного воды. И княжам осталось только слушать доносившиеся снаружи звуки тризны.
Когда разговор с пленными завершился, княжини отправились к яме на склоне. Ясна несла шеломницу, а Мала — хлеб. И там, перед сложенными телами запели скорбную, подхваченную дружиной, а потом и остальными. А когда закончили, с прощальными словами стали передавать друг другу братину и обносить хлебом. Половину поставили к умершим и начали насыпать курган. Только вместо последней горсти земли по нему рассыпали горсть живики.