Раз уж она сама отмашку дала, выбираю тарантиновское «Криминальное чтиво». В детстве постоянно его смотрел. С Дианкой разок пытался, но она кровь и жестянку не оценила, так что просмотр сразу свернулся.
— О, я ни разу его до конца не смотрела, — Эмма у меня с груди сползает и голову на колени кладет. — Хотя фильмы Тарантино я люблю. Особенно «Убить Билла».
— Нихера у тебя вкусы, — по волосам ее треплю. — Давай, смотри тогда. Самый охуенный у него кинчик.
Половину фильма она ржет вместе со мной. Когда у телки передоз случается и ей в грудину херачат адреналин, вообще, как шакалиха заливается. Вроде и хуйня по сути, но она мне в этот момент еще ближе становится — видать, потому что вкусы мои разделяет. Дианка-то сопли розовые обожала, а чернуху всякую не вкуривала, хоть и пыжилась. А когда вдвоем поржать над фильмом можно — это, оказывается, особый кайф.
Правда, ближе к концу она тоже вянет. Наклоняюсь к ней и вижу, что рот открыла и дрыхнет.
Остатки вина хлопаю и по тихой голову ее с себя снимаю. Слабая она, конечно, пиздец. Стоит только пробку нюхнуть, как тут же ее выключает. Я так-то хоть одну палку планировал кинуть в честь примирения.
Но психовать на нее за облом очередной даже не тянет. Она тоже намучилась дохера, так что пусть спокойно дрыхнет.
Одеяло притаскиваю, до трусов раздеваюсь и ложусь рядом. Утром тогда воткну, хули.
73
Я просыпаюсь как обычно от стояка и понимаю, что нихера не утро даже. Темно вокруг, хоть глаз выколи.
Эмма всё так же под боком дрыхнет. Я на автомате за ляжку ее трогаю и чую, что голая, хотя отрубалась она в колготках. Вставала, видать, уже, чтобы раздеться.
Я трусы стягиваю и член в руку беру. Ноет, сука, как гангрена, и посинел стопудово. Аукнется мне когда-нибудь это геройство спермотоксикозом. И спать главное охота, но с таким болтом дубовым хер уснешь.
Веду по ней ладонью выше, пока в застежку лифчика не упираюсь. Вот нахера этот капкан надо было оставлять? Если уж взялась раздеваться, то сделай нормально — догола.
С дивана свешиваюсь, чтобы до брюк дотянуться и гондон из кармана вытащить. Думал, под кино пригодятся, но с этой засоней хер угадаешь.
Резину на стояке раскатываю и колено ей между ног проталкиваю. Она во сне мычит что-то, но как обычно не просыпается. Топить она, конечно, любит, будь здоров.
Башкой между складок ей тычу и веду туда-сюда — там сухо еще пока. На пальцы плюю, щель смазываю и проталкиваю на две фаланги. Она сразу ерзать давай, жопу отклячивает и постанывает сонно.
— Просыпайся, — я ей ладонь под лифчик пропихиваю, чтобы сиськи сжать. Соски у нее спросонья мягкие, но стоит пальцами сдавить — сразу твердеют.