— Не женился ещё? — Она бокал, который Эрик притащил, подхватывает и глазами меня, как буром хуячит. — Слышала, ты собирался.
— Наебали тебя.
— Ну какое же ты хамло, Костя, — и улыбается широко.
Она всякую грязь словесную, пиздец как любит. Помню, умоляла, чтобы я даже её обзывал. Уж, блядь, сколько говна в моём лексиконе, я и то заебался подбирать.
— Какие планы вечером?
— Всякие, — смотрю на неё и кофе глотаю. — А что? Пригласить куда-то хочешь?
— Может, и хочу. — Она паузу делает и губы облизывает. — При условии, что ты не соскуфился и всё так же трахаешься часами.
То ли из-за тона её сучьего, то ли от воспоминаний, как я её у стенки в очко драл, у меня вставать начинает. Муж её, сто пудов, рогами крышу кабмина проломил. Разница-то у них больше двадцатки, и у него, видать, стоит через раз. Хотя, может, она с его отмашки налево-направо ебется. Таких долбоебов тоже дохуя.
— Чего завис? — Она шампанское опрокидывает и бокал на стол шмякает. — Отель выбираешь?
— Пасну в этот раз, — говорю и на автомате в мобильник заглядываю.
Четыре уже, так что можно валить.
47
Эрик, сыч любопытный, дождался, пока из павильона съебём и в тачку сядем, и только тогда с допросом полез.
— О чём с Ильиной разговаривали? — смотрит со стёбом. — Я специально ушёл, чтобы вам общаться не мешать.
— В гостишку позвала.
— Даже так. Старая любовь не ржавеет, выходит. Поедешь?
— Не, в пизду, — отмахиваюсь. — Пожрать хочу и в номер забуриться.
Эрик присвистывает в ахуе.
— Серьёзно? Так ты несравненную Катерину Дмитриевну продинамил? Вот это выдержка. Боюсь, такого она тебе долго не простит.
— Так догони её и утешь, хули.
Этот вздыхает томно.
— Я бы с удовольствием.
— Только тебе нихуя не предлагали, — ржу. — Да и заебись. Туда лучше нахер не суйся — она же отбитая на всю башку.
Эрик помолчал немного, а потом выдаёт с подъёбом:
— А я говорил, что ты конкретно на Эмме залип. Можем поспорить, что через месяц переехать к себе предложишь, и дальше понесётся как обычно: одежда, ювелирка, курорты.
— Ебать, ты ясновидец. Мы ещё даже не трахались.
— Серьёзно? — и ебало глумливое корчит. — У-у-у. Теряешь навыки.
— Заткнись, нахуй, — ворчу. — А когда, блядь, нам трахаться, если она ебашит, как папа Карло каждый день.
— Я и говорю, что хватку теряешь. Диана-то сразу уволилась.
Вот он, блядь, вроде знает меня как облупленного, и один хер с подъёбами борщит нет-нет. Стопудово, потому что сука домашняя житья ему не даёт, говно из него лезет.
— А я, блядь, что, с Дианой сюда припёрся? — цежу. — За жизнью своей семейной следи лучше. Ты там конкретно нижний. Уже и дилдо из жопы торчит.