Если баклажаны и палтус её так вставили, представляю, как бы её порвало в какой-нибудь Франции. Помню, как из Ниццы бухой перся на такси в их мишленовский рестик. Пока полтора часа пиликал, всё на свете проклял, но как только там очутился, реально забалдел. Жратва и вид там прямо вышка. Горы, море, зелени навалом. Надо как-нибудь ещё разок туда слетать.
— В голодные времена ты бы хер выжила с такими манерами. Пока кусок отрежешь, остальные уже всё сожрали.
— В голодные времена я бы, наверное, и вела себя по-другому, — срезает. — А сейчас мы находимся в таком красивом месте. Куда торопиться?
— И часто тебя клиенты с собой зовут? — решаю полюбопытствовать.
— Ты имеешь в виду, часто ли меня приглашают на свидания? Бывает иногда.
Я мысленно ржу. Шмотки у неё стоят меньше ужина, зато уверенности на лям. Она ведь реально не сомневается, что это свидание. А мне, блядь, просто скучно и домой неохота ехать. Ну и веселит она меня.
— А ты чего? Ходишь или отказываешься?
— Обычно отказываюсь.
— А со мной чего согласилась?
Она откладывает вилку и смотрит на меня задумчиво. Сейчас точно что-то выдаст.
— Знаешь, мне сложно это даже самой себе объяснить. Ты объединяешь в себе всё, что я порицаю в людях, но по какой-то причине меня это не отталкивает… А даже наоборот: заставляет видеть в тебе хорошее.
— Смотришь и думаешь, как могла бы меня вылечить. У баб прямо мания на это.
— Скорее думаю, твоя грубость — это разновидность защиты.
— Моя грубость — это моё настроение по жизни, которое хуй кто когда-то сможет исправить. В первую очередь потому, что меня всё устраивает.
— Ну да… А если всё устраивает, то наверняка нет причин и меняться.
— Абсолютно. Однажды я пытался из штанов выпрыгнуть, чтобы другому захорошело. В итоге, и той не захорошело, и у самого чуть чайник не вскипел… — Я машинально щупаю карманы в поисках пачки, которой там, естественно, нет, и раздражённо заканчиваю: — Короче, такой вариант точно нахуй.
— А ведь если подумать, то нечестно переделывать другого человека, — всё так же задумчиво тянет она. — Ведь как-то он жил до тебя и со всем справлялся. Правильнее, наверное, всё-таки принимать.
— У мужиков с этим проще. Это у баб вечно запросы растут. Сначала хотят переехать, потом свадьбу на сто персон, потом ораву детей, потом чтобы всех их возил по курортам и кружка м, при этом ебашил с утра до вечера и из дома носа не высовывал. Это какая-то, блядь, мания — мужика кастрировать, а потом остаток жизни попрекать, что живёт без яиц.
Она ошарашенно хлопает глазами.
— Это твоя бывшая девушка так себя вела?