Надо, короче, мозги не ебать и вплотную здоровьем заняться. Завтра в клинику заскочу и анализы сдам на всё, что только можно. И капельницы пусть для печёнки назначат. Эта после тонн бухла стопудов барахлит.
Переодеваюсь, сажусь в тачку и качу в «Монро». Вся эта спортивная движуха с хамамом и сауной — всё-таки вещь. Внутри лёгкость такая, и башка чистая, как будто изнутри помыли. Надо соплюхе абонемент задарить. Пусть кайфанет.
К рестику припарываю к девяти, паркуюсь и захожу. После бассейна такой аппетит нагулял, что даже местная жратва на ура залетит. А потом как раз у Эммы смена закончится.
Элькин букет вижу ещё с порога — такую махину даже на камазе хер объедешь. Говорю же, молодец она. Цветы пиздатые и упакованы стильно.
— Здравствуйте, Константин! — шкет выскакивает навстречу с многозначительной лыбой. Даёт понять, что в курсе, откуда взялся веник. — Вам Эмму позвать?
— Позови. Я пока вон за тот стол у окна сяду. Эмма пусть подойдёт, как сможет, а ты прямо сейчас борщ на кухню закажи. Жрать хочу страшно.
— Конечно-конечно, — сюсюкает. — Пройдемте.
Плюхаю зад на стул и оглядываюсь. Соплюха меня заметила, мечет взгляды поверх подноса, щёки розовые, во весь рот улыбается. Губами шевелит: сейчас подойду.
Я мысленно ржу. Реально цветы для тёлок — это лучший стимулятор. Как видят их — сразу настроение к потолку, и давай мурчать.
А остальные клуши-то, блядь, косятся на неё, аж по-злому. Бабы радоваться за баб точно нихуя не умеют. Чего эту, подружку Дианкину лучшую взять, которая меня в Новый год тостами о женитьбе заебала, а через час в толчке предлагала отсосать.
Эмма появляется рядом с моим столом, улыбаясь ещё шире, чем до этого, и сходу давай тараторить:
— Спасибо тебе за цветы! Клянусь, я такие только в интернете видела. Ох, сколько ты шума наделал… Тут даже клиенты подходили, спрашивали, откуда такая красота. Даже представить боюсь, сколько они могут стоить.
— Лучше не представляй, — советую я, тащась от её реакции. Дианка первое время тоже кипятком ссала от каждой фигни, и мне было в кайф. Себя-то уже хер чем удивишь, а бабские визги охуенно чешут самолюбие.
— Я так понимаю, ты ещё мне деньги за такси вернул, — не замолкает она. — Кость, это очень много. Ты мне потом свой номер продиктуешь, и я тебе ненужное верну.
Я морщусь.
— Ой, хорош, а? Лучше заканчивай смену скорее. Поедем куда-нибудь прогуляться. Шашлыки, кстати, не хочешь? Знаю одно место пиздатое.
Жду, что начнёт артачиться, как обычно, но нет. Улыбка в пол-лица, глаза радостные.
— Я сто лет не ела шашлыки. Если место, как ты говоришь, классное, присоединюсь с удовольствием.