Марта, если вы продолжите так готовить, я вас никому не отдам.Кухарка фыркнула, но уголок её рта дёрнулся.— Меня и так никто не заберёт. Я слишком дорого ругаюсь.Элеонора расхохоталась.И вдруг заметила, что кухня замолчала.Поварята.Служанки.Даже мальчишка с корзиной яблок.Все смотрели на неё.На хозяйку дома.Которая стоит посреди кухни в зелёном платье, с медными волосами, смеётся и разговаривает с кухаркой так, будто люди вокруг — живые.Не мебель.Не фон.Не прислуга без лиц.Элеонора почувствовала это мгновение почти физически.Как что-то меняется.Не резко.Не магически.Но необратимо.— Ну что вы смотрите? — спросила она. — Работайте. Иначе я решу, что у нас слишком мало дел и начну реформы прямо здесь.Поварята в ужасе снова бросились к столам.Марта пробормотала:— Господи, ещё и реформы…— Не переживайте. До революции кухни мы дойдём позже.— Я не знаю, что это такое, но уже боюсь.— Правильная реакция.Когда Элеонора вышла обратно в коридор, за спиной снова закипела работа и голоса.И это было хорошо.Очень.Потому что дом переставал быть местом, где все ходят на цыпочках вокруг чужого уныния.На втором этаже её догнал Фурнье.Он явно искал её целенаправленно и, судя по выражению лица, уже минут десять мысленно спорил сам с собой, насколько прилично догонять хозяйку почти бегом.— Мадам.— Месье Фурнье.— Простите, но прибыл список гостей от мадам де Мортен.— О, прекрасно. Люблю вечерние угрозы на бумаге.Он протянул ей лист.Почерк был другой — деловой, мужской, вероятно, секретаря. Имена шли ровными строчками.Принц Луи-Огюст.Мадам де Мортен.Мадемуазель Шарлотта де Мортен.Маркиз и маркиза д’Обер.Графиня де Савьер.Месье Рэйвен Эшкрофт.И ещё несколько фамилий.Элеонора читала медленно.Фурнье наблюдал за ней.Она это чувствовала.Не как мужчина на женщину.Пока нет.Скорее как человек, который пытается понять: опасна ли новая хозяйка для окружающих или только для мебели и плохого вкуса.— Что вы знаете об Эшкрофте? — спросила она.Фурнье замолчал.На секунду дольше, чем обычно.— Немногое.— А если честно?Он посмотрел ей прямо в глаза.— Достаточно, чтобы не хотеть иметь его врагом.Хм.Интересно.— Молод?— Для своей должности — да.— Женат?— Нет.— Любовница?Фурнье моргнул.— Мадам…— Что? Я готовлюсь к ужину. Мне нужны данные.— Официально — нет.— А неофициально?— Он слишком осторожен.Элеонора медленно улыбнулась.— О, вот теперь мне действительно интересно.Фурнье чуть нахмурился.— Мадам, с ним лучше быть осторожнее.— Дорогой Фурнье, — мягко сказала она, складывая письмо, — мужчины всегда говорят