к тем, что уже однажды подводили».— Мадам де Вальмон! — позвала графиня де Савьер. — Вы оставили нас без истории о рынке.— О нет, — тихо сказала Элеонора. — Меня зовёт общественный позор.Рэйвен наклонился чуть ближе.— Не переживайте. Вам идёт.Она повернула к нему голову.— Позор?— Общественный.— Месье Эшкрофт, вы опасно близки к тому, чтобы мне понравиться.— Предупредите, если это станет угрозой.— Непременно. Я всегда сообщаю мужчинам о приближении катастрофы.И пошла к графине, чувствуя его взгляд между лопатками.Да.Вот это уже была проблема.Большая, красивая, черноволосая проблема.Вечер продолжался ещё долго.Гости смеялись, спорили, слушали музыку, пили шоколад и вино, обменивались фразами, каждая из которых имела второе дно. Элеонора рассказывала о рынке — осторожно, но достаточно ярко, чтобы половина дам начала мечтать о восточных маслах, а другая половина ужасаться собственной скучной жизни. Упомянула Самиру так, что графиня де Савьер потребовала адрес лавки. Рассказала о жене ювелира, не называя имени, и несколько мужчин слишком быстро заинтересовались своими перчатками.Мадам де Мортен молчала всё больше.Шарлотта пыталась вернуть внимание принца, но Луи-Огюст теперь говорил с Изабель легко, почти дружески. И Элеонора видела: между ними происходит важное. Не любовь. Нет. Лучшее — понимание.Арман однажды оказался рядом с Мари-Луизой у стола с нотами. Принцесса уронила веер. Он поднял. Их пальцы не соприкоснулись, но оба покраснели так, что Элеонора мысленно застонала.«Дети, ну вы хоть пытайтесь быть менее очевидными».Габриэль всё же нашёл минуту с Изабель у окна.Они говорили о музыке.Только о музыке.Разумеется.Если не считать того, что их лица при этом выражали: «я умру, если вы выйдете за другого» и «я тоже, но у нас хорошие манеры».К концу вечера Элеонора устала так сильно, что ноги стали ватными, а в груди снова появилась тонкая, неприятная тяжесть. Она держалась на кофе, шоколаде, упрямстве и чистой злости к людям, которые считали женщин украшениями.Когда последние гости начали собираться, мадам де Мортен подошла к ней.Почти вплотную.Запах её духов был холодным, цветочным, дорогим и совершенно безрадостным.— Вы устроили необычный вечер, мадам де Вальмон.— Благодарю.— Это не был комплимент.— Я решила не обижать его отказом.Глаза мадам де Мортен стали совсем холодными.— При дворе не любят внезапных перемен.— Тогда двору придётся расширить вкусы.— Осторожнее. Женщины, которые слишком быстро выходят из тени, часто забывают, что свет может обжечь.Элеонора