— А давай так, Максим Владимирович, — на моих губах появляется медленная хищная улыбка. — Раз уж ты такой уверенный в своей правоте и считаешь мой труд глупостью, давай заключим пари. Официальное. Мужское, если хочешь.
Громов подозрительно прищуривается.
— Какое ещё пари?
— Ты остаёшься здесь на неделю. До следующего понедельника, — я чётко чеканю условия. — Живёшь в гостевом домике. Без своих секретарш, доставок еды и личного водителя. Работаешь на ферме как обычный разнорабочий — с пяти утра и до заката. Выполняешь всё, что я скажу. Если ты выдержишь эту неделю и не сбежишь в свою Москву… я подпишу твой договор. Без всяких условий и бесплатно отдам землю под твою парковку.
Максим застывает. Он явно ожидал чего угодно — требования поднять цену, истерики, слёз, — но только не этого.
— А если я не выдержу? — тихо спрашивает он.
— А если ты сбежишь или откажешься работать, твой холдинг официально отзывает свои претензии на «Дедушкин сад» и переносит свой технопарк в обход моих границ. Идёт? Ну что, товарищ босс, слабо доказать, что ты чего-то стоишь без своего кожаного кресла?
10. Максим
Она блефует. Совершенно точно блефует, пытаясь взять меня на слабо, как мальчишку в школьном дворе.
Я смотрю на Полину Сергеевну, которая откровенно наслаждается собственной дерзостью, и мысленно просчитываю варианты. На кону — контракт с немецкими инвесторами, репутация холдинга «Вектор» и лично моя гордость. Если я сейчас развернусь и уеду, проект встанет. Если соглашусь… Семь дней в глуши. Семь дней физического труда. Без привычного комфорта, без личного повара и ортопедического матраса.
Но я ведь поднял этот бизнес с нуля, когда конкуренты пытались сожрать меня с потрохами. Неужели я не справлюсь с девицей, парой грядок и курами? Да это просто смешно.
— Идёт, Полина Сергеевна, — я спокойно складываю руки на груди и откидываюсь на спинку скрипучего стула. — Я принимаю ваши условия. Семь дней. Но учтите: в следующий понедельник я лично вложу вам в руку ручку, и вы подпишете отказ от участка. Без всяких компенсаций, как и обещали. Надеюсь, вы умеете держать слово.
Улыбка на её лице на мгновение гаснет. Похоже, она не ожидала, что я соглашусь так быстро. В её карих глазах проносится тень паники, но она тут же маскирует её новой порцией ехидства.
— Договор дороже денег, Громов. Баба Глаша! — кричит она в сторону кухни. — Неси ключи! У нас тут постоялец на неделю образовался. Будет отрабатывать грехи перед природой.
Через полчаса, оставив машину сиротливо мокнуть под яблоней, я стою на пороге своего нового «пентхауса». Гостевой домик оказывается бывшей дедовской сторожкой. Маленькая избушка из потемневшего от времени бруса, густо заросшая диким хмелем.