– И-и-и! – выдохнула Лидея и, закатив глаза, потеряла сознание.
Но никто даже не обернулся – все взгляды и мысли сосредоточились на куле.
С каждым оборотом простыни перед глазами графа открывались сначала тонкая лодыжка, край юбки или платья, потом пальцы руки, локоть…
Наконец ткань окончательно развернулась, полностью освободив лежащее ничком женское тело. И чтобы узнать, кого он нашёл, Арвиду не надо было заглядывать пострадавшей в лицо – в тот момент, когда его пальцы коснулись тёплой кожи, он почему-то уже не сомневался, что перед ним Илларита.
– Лари! – выдохнул мужчина, рухнув на колени рядом с девушкой и осторожно поворачивая её на спину. – Ларита, ты слышишь меня?!
Ему было всё равно, что при свидетелях он обращается к леди на «ты» и зовёт её уменьшительным именем, будто она ему близкий родственник или даже больше – супруга. В эту минуту не осталось ни места для церемоний, ни времени на реверансы. Все титулы, условности и правила рассыпались в прах – осталась лишь отчаянная мысль: спасти любой ценой!
Несколько мгновений он с тревогой всматривался в бледное лицо, потом наклонился, коснулся щекой её губ – и с облегчением почувствовал едва уловимое дыхание.
Девушка была жива, хоть и без чувств.
Арвид огляделся – предсказуемо, странная возня привлекла внимание, и вокруг телеги уже собралось несколько человек.
– Эту, – граф ткнул пальцем в сторону прачки, – в холодную. Запереть и никого не пускать – до моего или его сиятельства распоряжения.
Двое из числа зрителей подскочили к Лидее, подняли её за руки и за ноги и едва не бегом потащили к замку.
– Ты, – Арвид повернулся к белому, как то самое бельё, Кирею, – займись лошадьми. Моего выводить, вычистить и через два часа напоить. Крепыша – как я говорил ранее. Головой за него отвечаешь, понял?
Кирей быстро-быстро закивал, подскочил к присмиревшему мерину, ободряюще похлопал его по шее и потянул за собой, по пути прихватив и верхового.
– Ты, – палец графа показал на самого молодого из зрителей, – бегом за лекарем. Остальные – марш на свои места, или у вас нет работы?
Толпа в мгновение ока рассосалась.
Тогда Арвид бережно поднял Иллариту на руки, прижал к груди и быстрым шагом понёс к замку.
Арвид нёс Иллариту на руках, не чувствуя тяжести.
Она казалась пугающе лёгкой – чересчур лёгкой для живой, цветущей женщины, какой он привык её видеть. Безвольное тело обмякло, голова свесилась на плечо, короткие волосы разметались. Казалось, девушка спала, но сон этот был слишком глубоким, слишком пугающим.
Арвид шагал быстро, не замечая ни встречных слуг, ни их испуганных взглядов, ни того, что сам он до сих пор в дорожной пыли.