– Леди! – засуетились дворовые. – Леди, вы вернулись! А мы думали...
– Потом, – бросила она, спрыгивая с коня. – Где отец?
– Его сиятельство в малой гостиной, – доложил дворецкий. – С утра никуда не выходили, всё ждали вестей...
– Хорошо. – Илларита перевела дух. – Я сейчас поднимусь к себе. Мне нужно привести себя в порядок. А вы..., – она обернулась к своему спасителю, который стоял поодаль, разминая затёкшие ноги. – Это граф Арвид де Монтерей. Он спас мне жизнь. Позаботьтесь о нём: проводите в лучшие гостевые покои, помогите освежиться и переодеться. У отца в гардеробной полно одежды – подберите там что-то подходящее.
– Слушаюсь, леди.
– И ни слова его сиятельству! – добавила, давя голосом. – Я хочу сделать ему сюрприз. Появлюсь к ужину. А пока... пусть думает, что я ещё не приехала.
Затем Илларита шагнула к Арвиду:
– Вас проводят. Спасибо, что вы... не бросили меня.
Она не ждала ответа. Взбежала по ступеням, мелькнув в дверях, и исчезла в глубине замка.
Очутившись в своих покоях, Илларита прикрыла дверь и прислонилась к косяку, закрыв глаза.
«Я дома. Я в безопасности. Теперь он меня не достанет» .
Силы закончились. Ноги подкосились, руки задрожали, но она заставила себя открыть глаза и пройти к зеркалу.
То, что она увидела, заставило её замереть.
Лицо, ещё недавно покрытое грязью и синяками, сейчас выглядело... чужим. Синяки не исчезли, но побледнели, ссадины подсохли. Короткие волосы торчали в разные стороны, делая её похожей на мальчишку. И одежда мальчика, не леди.
«В таком виде я к отцу не выйду. Ни за что» .
Она позвонила в колокольчик.
Через минуту в дверь постучали, и вошла горничная – молодая, шустрая, с круглыми от удивления глазами.
– Леди! – ахнула она. – Что это с вами?!
– Тише, – Илларита прижала палец к губам. – Вода. Горячая. Много. И мазь – ту, что лекарка оставляла. Ещё платье... голубое, дневное. И сетку для волос.
– Но, леди, вы поранились! Нужно позвать лекаря!
– Пожалуйста, – голос Иллариты дрогнул, – сделай, как я прошу! Со мной всё в порядке, лекарь не требуется. Сейчас мне надо привести себя в порядок, чтобы не испугать отца. Ступай, и никому не слова, поняла?
Горничная кивнула и исчезла.
Ванна, горячая, с травами, пахнущая летом, вернула её к жизни. Илларита лежала в воде, закрыв глаза, и чувствовала, как тает боль, как мышцы расслабляются, как уходит напряжение последних дней.
«Я жива. Я свободна. Я дома» , - билось в голове.
Она намыливала волосы, смывала грязь, терла кожу, пока та не покраснела. Потом, когда горничная принесла мазь, тщательно смазала синяки и ссадины. А затем закрасила их специальным составом, подвела глаза, чуть тронула губы.