Он повернул голову.
– Спасибо, – произнесла она просто.
И в этом коротком слове прозвучало всё: и благодарность за спасение, и признание его правоты, и – кажется – что-то ещё, чему он не решался дать имя.
Он хотел сказать что-то вроде «не за что» или «это меньшее, что я могу сделать», но слова застряли в горле, не в силах передать того, что накипело на сердце. Вместо этого он просто кивнул и отвернулся, делая вид, что проверяет, чем занята лошадь.
Они просидели так ещё с четверть часа – молча, но не в тягостной тишине, а в той, что бывает между людьми, которые понимают друг друга без слов.
Потом Илларита встала – сама, без помощи, опираясь на корявый ствол.
– Пора.
Арвид вскочил, подхватил сумы, поправил попону.
– Теперь мы сядем на лошадь вместе.
– Но…, – начала она, глядя на усталого мерина, на его поникшую голову. – Конь не выдержит двоих!
– Отрезок до границы – самый опасный, – перебил он, и в его голосе прозвучала непреклонность, не терпящая возражений. – У нас нет выхода, леди! Пожалеть лошадь – почти наверняка попасть в руки его светлости.
Девушка вздохнула и погладила коня по шее.
– Обещаю, – продолжил граф, – если он довезёт нас и не упадёт по дороге, ему больше никогда не придётся работать! Я оплачу его содержание до конца жизни, чтобы мерин ни в чём не знал недостатка. Чтобы вволю ел лучшее сено и овёс, пил родниковую воду, гулял на огороженном лугу и жил в тёплой конюшне.
Она хотела возразить, но посмотрела на него – на его осунувшееся лицо, на тени, залёгшие под глазами, на плотно сжатые губы – и кивнула.
– Хорошо, – она положила ладонь на тёплую конскую морду. – Прости нас, милый. И потерпи ещё немного, пожалуйста! Совсем чуть-чуть, а потом ты сможешь отдохнуть…
Конь, будто поняв, тихо всхрапнул и мотнул головой.
– Я сяду впереди, – сказал Арвид, вскакивая на спину лошади и протягивая ей руку. – Держитесь за меня. И не смотрите по сторонам.
Илларита ухватилась за его ладонь, подтянулась, перекинула ногу. Мерин на мгновение присел под двойной тяжестью, но устоял.
– Но, пошёл! – тихо скомандовал Арвид, и конь, собрав последние силы, шагнул вперёд.
Открытое пространство встретило их холодным ветром и светом Дневного Ока, который заливал окрестности. Беглецы оказались, как на ладони.
Впереди, совсем близко, простиралась полоса тракта, которая доходила до подъёмного моста, в данный момент опущенного. Перед ним виднелись два пограничных артефакта и фигуры стражей, которые обычно и приводили в действие работу подъёмного механизма. Ещё дальше – Илларита не видела отсюда, просто знала – снова тянулась серая лента такта, убегая вправо – в обход домов приграничного поселения.