— Мисс Сирша, Её Величество королева Реджина Кроан, — произнёс слуга громко и отчётливо, так, чтобы слышали все вокруг, — просила передать вам свадебный подарок. Она искренне поздравляет вас с этим знаменательным днём и желает всего, чего вы заслуживаете.
Сирша просияла. Она приняла ларец с той жадной поспешностью, с какой ребёнок хватает конфету и разворачивает обёртку, предвкушая сладость внутри. Придворные затаили дыхание. Даже Лисандр де Леви, до этого наблюдавший за происходящим с ленивым безразличием, чуть подался вперёд, и в его изумрудном глазу блеснул интерес.
Сирша открыла ларец.
Внутри, на бархатной подушечке, лежала высушенная белая роза. Такие розы в Аштаре было принято дарить невестам в день помолвки как символ чистоты и непорочности. Но эта роза была мёртвой. Её лепестки побурели по краям, а стебель надломился.
— Что это? — вырвалось у Сирши. Её голос дрогнул, а улыбка погасла, как задутая свеча.
Слуга поклонился:
— Её Величество сказала, что этот цветок рос в саду её матери, королевы Валенсии. Он цвёл в день её свадьбы, а теперь, увы, увял. Её Величество просила передать, что красота, как и роза, имеет свойство увядать. И что она молится о том, чтобы ваша красота цвели так же долго, как этот цветок.
Повисла мёртвая тишина.
Сирша побледнела. Она смотрела на мёртвый цветок, лежащий на бархатной подушке, и в её глазах, обычно сияющих наивной радостью, промелькнул страх. Она поняла, что королева только что сказала ей, не произнеся ни одного грубого слова: «Ты увянешь. Сколько не старайся, но твоё место во дворце временно».
— Какая изысканная насмешка, — прошептала леди Клетэ, стоявшая неподалеку, своей соседке, и её губы тронула одобрительная улыбка.
Но Сирша, оправившись от первого потрясения, неожиданно взяла себя в руки. Она подняла ларец повыше, так, чтобы все видели его содержимое, и громко произнесла:
— Передайте Её Величеству мою глубочайшую благодарность. Этот подарок я сохраню как напоминание о том, что одни цветы увядают, а другие расцветают им на смену.
По залу пробежал изумлённый гул. Сирша, сама того не ожидая, дала достойный ответ. Герцог Лисандр де Леви едва заметно улыбнулся и чуть склонил голову, словно оценивая ход в шахматной партии. Леди Клетэ, напротив, нахмурилась и поджала губы.
Сирша выпрямила спину, расправила плечи и оглядела зал с видом победительницы. Она прошла через аристократов, не опуская глаз, и заняла место по правую руку от короля.
Позже, когда торжество закончилось и коридоры дворца опустели, когда слуги убирали остатки пиршества, а пьяные гости разъезжались по домам, в опустевшем зале остались двое.