— Это почему это вы предлагаете «в последний раз»? — с легкой улыбкой на лице спросил Сталин. Улыбался он потому, что этот вопрос с Бурятом он уже неоднократно обсуждал и, хотя далеко не все его устные доводы были восприняты положительно, на практике товарищ Андреев показывал, что в главном он все же прав.
— Потому что правительство больше этого предлагать не будет.
— И что? — решил уточнить уже Лев Борисович.
— И попросту разгонит этот ЦК к чертовой матери, дабы под ногами не мешался. А теперь вернемся к вопросам серьезным: партия должна, просто обязана до каждого рабочего донести, что он, этот рабочий, работает на страну, а страна его защищает, холит и лелеет…
— Обхолились и облелеялись, — пробурчал тихонько Каменев.
— Холит и лелеет в точном соответствии с его трудовым энтузиазмом и мастерством. Кто не работает, тот не ест, как объяснил товарищ Джон Смит приехавшим с ним товарищам-колонистам. Думаю, что этот лозунг и у нас сгодится, причем даже здесь, в ЦК сгодится. Чего достигли американцы, вы все знаете, но мы-то можем достичь большего! Если вы это людям правильно объясните. Кто у нас заведующий отделом пропаганды?
Глава 19
Результат двадцать третьего года по части сельского хозяйства привел к жестким спорам в партийном руководстве. Потому что результат оказался более чем неоднозначным: двенадцать процентов зерна в стране вырастили и собрали менее одного процента крестьян, а более чем половина этих крестьян даже собственный прокорм урожаем не обеспечили. Однако больше всего партийцев возбудило то, что эти «менее одного процента» работали практически поголовно в государственных хозяйствах — и по планам, подготовленных в Госплане, уже в следующем году только два процента крестьян в этих хозяйствах должны были вырастить уже четверть всего урожая. Если этот тренд интерполировать (хотя в партийном руководстве никто этих терминов не то что не понимал, но даже и не слышал), то выходило, что лет через несколько всего семь-восемь процентов мужиков полностью накормят Россию — а остальных-то куда девать?
Впрочем, это было все же не самой близкой перспективой, так что споры «по сельскому хозяйству» пока шли большей частью кулуарно, не вызывая нездоровых волнений в широких народных массах. Однако в руководстве страны назревали серьезные противоречия…
— Ну а чего вы хотели-то? — с некоторым ехидством поинтересовался Николай Павлович у Михаила Ивановича. — Ленин со своим декретом о земле обманул всех русских мужиков, и теперь нам приходится как-то выкарабкиваться из созданной Ильичем задницы.