В общем, хлорного железа теперь в СССР было много — так что появлению травленых печатных плат на текстолитовых подложках в радиопромышленности препятствий больше не было…
Глава 33
Все же урожай двадцать девятого года большей частью остался лежать в зернохранилищах и элеваторах. То есть частью, конечно, меньшей — однако почти десять миллионов тонн, запланированных к продаже за рубеж, так и остались в СССР. А Станислав Густавович предсказывал, что в тридцатом останется еще больше, и вот этот урожай девать будет просто некуда.
— Слава, ты серьезно думаешь, что сокращать посевные площади — это хорошая идея? — поинтересовался у Струмилина товарищ Бурят во время очередного совместного ужина. Таких «совместных» стало теперь очень много: в жилом комплексе завелась «индивидуальная предпринимательница», устроившая небольшую столовую на первом этаже центрального здания. А так как «предпринимала» эта повариха очень вкусно, то почти все население домов теперь у нее и кормилось. Большинство, правда, заказывало еду на дом, а отдельные несемейные товарищи предпочитали спускаться в очень уютную столовую.
— У нас хранилища осенью уже переполнены были, и даже если урожай в этом году будет такой же, как в прошлом, почти десять миллионов тонн будет просто некуда складывать. А наши агрономы говорят, что урожай будет даже больше: всю Кубань в этом году будут засеивать новым сортом Пустовойта, который вместо семнадцати центнеров даст минимум двадцать два! А это, между прочим, прибавка урожая в полтора миллиона тонн! Только по Кубани прибавка!
— Ну и чего ты кричишь? Вон, Марусю напугал… — Николай Павлович кивнул головой в сторону поварихи, которая испуганно выглядывала в зал из-за стоящего возле двери на кухню холодильника. Отечественного, кстати…
— Я не кричу, а говорю. Ты прикинь, на сколько урожай по всему Черноземью вырастет? А про Нечерноземье я уже вообще молчу, и про Сибирь тоже.
— Вот про Сибирь ты правильно молчишь, потому что в Сибири народ криком не захлебывается в истерике, а молча строит зернохранилища.
— Слышал я про твои зернохранилища, про шахты ледяные…
— Почему это про мои шахты? В мерзлоте мужики продукт там хранили сотни лет поди, сейчас просто хранилища побольше копают. Если нам матушка-природа такой подарок дала, то грех не воспользоваться. Ученые говорят, что в них и мясо можно годами хранить, ничего ему не сделается. И рыбу тоже — вот и стараются мужики, запасы на тяжелую годину собирают. Сейчас-то это куда как проще стало: у входа вентиляторы большие ставят, зимой, в морозы сорокаградусные внутрь воздух ледяной дуют — так и в конце лета внутри холод за тридцать градусов, продукт не портится совсем.